Королевы и монстры. Шах - Джей Ти Джессинжер Страница 70

Я, дрожа, смотрю на него и прикусываю губу. Он улыбается.

Сначала он скидывает галстук на пол. Потом сбрасывает пиджак и швыряет его рядом. Затем расстегивает строгую белую рубашку: его сильные пальцы ловко управляются с пуговицами, пока он не доходит до последней. Потом стягивает рубашку и встает передо мной, сжав ее в руке, пока я безуспешно пытаюсь вдохнуть.

Этот мужчина – произведение искусства.

До чертиков сексуальное, татуированное, мускулистое произведение искусства.

Если бы я знала, как он выглядит под своими сшитыми на заказ костюмами от Армани, я бы стала с ним милее раньше. Мне повезло, что в эту минуту я не стояла, потому что точно растеклась бы лужицей у его ног.

— Уже слюни пускаешь? – спрашивает он, и его улыбка становится еще шире.

Он упивается моим очевидным возбуждением и удивлением, но мне все равно.

Все его тело покрыто чернилами – от плеч до запястий, от груди до рельефных кубиков. Тут есть и розы, и черепа, и ангельские крылья, и кресты, и пробивающиеся сквозь облака солнечные лучи. Я замечаю и другие библейские штуки, включая строчку из Писания, написанную жирным выразительным шрифтом прямо у него над сердцем: «Аз воздам».

А еще он накачанный как черт; такое ощущение, что он целыми днями только и делает, что ест сухой белок и упражняется по двенадцать часов подряд. У него буквально косая сажень в плечах, а широчайшая мышца сужается к талии, образуя идеальную букву V. И почему я только сейчас заметила, что даже его рукироскошны?

Кто-то должен изваять этого человека. Этот безупречный образец мужской красоты нужно выставлять в музее.

Господи, пожалуйста, пусть у него будет хороший член. Не тонкий, не кривой, не короткий. Окажи мне эту единственную услугу, и я снова стану ходить в церковь.

Я перестаю молиться, когда Деклан нависает надо мной и упирается ладонями в матрас по обе стороны от моей головы.

— Моя очередь.

Он поддевает пальцем расстегнутый ворот моей блузки. Выражение его лица становится задумчивым.

— Только что вспомнил… Ты не вносила лифчики в свой список одежды.

— Нет, внесла. Просто ты их не купил.

— А, наверное, из головы вылетело. Еще раз заговоришь – я тебя шлепну.

Он заглядывает глубоко мне в глаза, пока я несколько секунд пребываю в мучительном состоянии экзистенциального выбора. Стоит ли мне подчиниться ему и замолчать, или начать орать национальный гимн США? Что быстрее приведет меня к оргазму?

Он снова улыбается.

— Ох, какое непростое решение. Я подожду.

Я улыбаюсь в ответ.

— Не такое уж непростое.

Он коварно скалит белоснежные зубы, а потом переворачивает меня на живот и шлепает со всей силы, и я чувствую обжигающие удары его ладони даже через джинсы. Когда он прекращает, мы оба задыхаемся.

Но только я начинаю умолять.

— Еще. Пожалуйста. Без трусов. Очень, очень прошу.

— Ценю вежливую просьбу, но в следующий раз прибавь «сэр».

Я кидаю на него убийственный взгляд через плечо.

— Ты точно конченый.

— Нет, я твой похититель. И ты сама согласилась играть в мою игру, помнишь?

Не дожидаясь ответа, он снова меня переворачивает, хватается за перед моей блузки обеими руками и резко рвет ее. Пуговицы разлетаются во все стороны. Я ахаю от неожиданности.

Потом какое-то время ничего не происходит, потому что Деклан слишком увлечен разглядыванием меня.