Красная шапочка для босса - Алёна Амурская Страница 77

Она настолько сильно натянула его на себя, что из-под верхнего края можно только разглядеть бледное пятно медицинской маски на лице. На голову бабушка зачем-то низко намотала свой хлопчатобумажный цветастый платок, в котором обычно копается на грядках.

Сусаев брезгливо вслушивается в ее кашель и морщится.

— У меня маски нет с собой... а вдруг она реально заразная, Глеб Юрьевич? Не хватало только «корону» подцепить, когда столько дел нерешенных. Это ж не шутки!

— Так и знал, что ты зассышь.

— Я разумный человек, и лишние проблемы мне не нужны. Как и вам, - трусовато огрызается Сусаев. А затем, подумав, выкрикивает в темный проем спальни: - Эй... как вас там, женщина...! Где ваша сумка? Мы за флешкой своей пришли! Подставной сюрприз от Ульяны... помните такую?

— От кого-кого сюрприз..? От обезьяны..? - слабо сипит голос из спальни, в очередной раз шокируя меня вернувшейся схожестью с нормальным басом бабы Ревы. - Я в зоопарке давно не бывала, путаете вы чегой-то..!

— Глухая карга... нет! Сюрприз от Ульяны! - разозлившись, Сусаев выкрикивает это погромче и добавляет: - Она вам подкинула чужие файлы на флешке!

— Кх-х... да что ты такое лопочешь там, чудик... Подкинула мне чужие орешки? Обезьяна? Ты белены объелся, что ли...? Кх-хэ-кхээээ... - кашляет бабушка и недовольно требует: - Мариша, поднеси стакан воды мне - пить шибко хочется, кх-х-х... и таблеточки мои из сумки тут на подушке достань!

При виде страдальческого выражения сусаевской рожи меня начинает разбирать истерический смех. Я с силой прикусываю губу и вопросительно демонстрирую связанные руки своим похитителям.

Те пару секунд тупо смотрят на них воспаленными глазами, а потом пузан говорит:

— А точняк! Топай давай за сумкой и тащи ее сюда. Наверняка флешка там, вот братан обрадуется. Должен мне будет.

— Но-о... Глеб Юрьевич! - живо возражает встревожившийся Сусаев. - Вообще-то задача вернуть флешку поставлена передо мной как условие реабилитации и...

— Потом разберемся, - лениво отмахивается пузан и кивает мне. - Давай пошевеливайся.

— А вода бабуле? - сдержанно напоминаю я. - И руки надо развязать...

— Обойдетесь обе. Пальчики-то у тебя за спиной шевелятся? Шевелятся. Вот и пользуйся ими, - ухмыляется он. - Развивай моторику!

Он придает мне ускорения неприятным сильным тычком в копчик. Вот сволочь!

Приходится хромать изо всех сил, чтобы не упасть и погасить навязанный импульс ходьбы. И при этом умудриться не перегрузить больную лодыжку. На висках аж пот выступает от чрезмерного напряжения.

В темное пространство спальни я буквально вваливаюсь, а к кровати тащусь помедленней, глядя себе под ноги. Баба Рева наблюдает за мной молча, и я не понимаю, что она задумала. А ее внезапная «болезнь» вообще с толку сбивает.

Надеюсь, успею с ней пошептаться, пока есть возможность...

Неловко присев на краешек пышной перины, тяжело вздыхаю:

— Бабуль. Эти люди... они... - и осекаюсь.

Из-под толстого одеяла выползает большая мужская ладонь с породистыми крепкими пальцами. Она уверенно и как-то ободряюще сжимает моë колено.

Я шокированно таращусь в темное лицо под цветастым платком. Оттуда на меня пристально смотрят глаза...

... но это не глаза моей бабы Ревы!

Это серые, светло-серые глаза Максима Волчарина.