Хрустальная ложь - М. Эль Страница 77

— А по характеру — чистая Эмилия.

— Тогда Берегись, Киллиан, — рассмеялся Ян, сверкнув глазами. — Женщины Андрес — это отдельная история.

Когда он наконец поставил Валерию на пол, та тут же, подтолкнула к нему Алана, который стоял чуть поодаль, стесняясь, но сияя от восторга.

— И мой братик тоже тут! Он тоже скучал!

Ян нагнулся, взъерошил Алану волосы, и тот, к своему удивлению, не стал уворачиваться.

— А вот ты… — произнес Ян, внимательно разглядывая его, — копия дедушки Валериана.

— Я не старый! — взвизгнул Алан, надувшись, хотя в глубине души ему было приятно такое сравнение.

— Это пока, — подмигнул Валериан, дедушка, который подошел к Яну, чтобы обнять его. — Вот ты хитрый лис, давно не приезжал. Придурок.

Ян обнял друга крепко, похлопывая его по спине, и покачал головой. — Элин не смогла приехать. С детьми и внуками поехала во Францию, нашей с тобой теще что-то в голову ударило, и они рванули. — он отстранился и посмотрел на Валериана с притворной серьезностью. — Пи… кхм… Жесть ты постарел.

Валериан фыркнул и ударил его по плечу. — Ой, а сам то! Что, глаза уже плохо видят?

Оба врали. Выглядели они максимум на сорок, их лица были гладкими, фигуры подтянутыми, а в глазах горел тот же огонь, что и в молодости. И не скажешь, что у них уже есть внуки.

Адель, матриарх клана, скрестила руки на груди, наблюдая за своими "мальчиками", в ее глазах плясали озорные искорки.

— Ян Хилл, а Эван где? Я думала вы семьями придете, как договаривались.

Ян усмехнулся и подошел к ней, галантно целуя руку. — Глава Андрес, вы прекрасны, как всегда, и ничуть не изменились. А ваш верный раб Эван немного по работе улетел во Флоренцию. Но обещал быть.

Адель подняла бровь, в ее глазах читалось легкое неодобрение, смешанное с весельем. — Я все Элин расскажу, — пригрозила она.

— И такая же стерва, — хмыкнул мужчина, обнимая подругу, не скрывая нежности. — Я скучал.

Адель обняла его в ответ, смеясь и стараясь не расплакаться от нахлынувших воспоминаний. — И я скучала. По твоей глупой физиономии.

Валериан подал голос, его тон был шутливо ревнивым. — Ты мою жену клеишь, старый лис? Смотри, у меня еще сил хватит тебя прибить.

Ян отмахнулся. — Сам ты старый. Я Адель, как сестру старшую люблю, холю и лелею. Всегда так было.

В этот момент Роза — старшая сестра Эмилии, которая всегда была солнечной и открытой, вошла следом. Она обнимала Адель, Валериана и Яна так тепло, будто они были не просто родственниками, а половинками её души.

— Где моя дочь? — спросила она, ее глаза искали кого-то.

И тут в комнату вбежала Луиза, ее волосы развевались, а лицо светилось. — МАМА!!!

Семья обнялась так тесно, что у взрослых перехватило дыхание, а дети оказались в центре этого круга любви и объятий, чувствуя себя частью чего-то большого, нерушимого и вечного. Это был момент чистого, неподдельного счастья, который они потом будут хранить в своих сердцах, не подозревая, какие испытания ждут их впереди.

Киллиан стоял в своём кабинете, мрачный и сосредоточенный, его взгляд скользил по старой, истёртой карте Европы, висящей на стене. Каждый город, каждое государство на ней казались ему частью огромного, бессмысленного лабиринта. Из соседней комнаты доносились голоса Адель и Валериана. Они спорили, как всегда, по поводу безопасности границ клана, тактики и стратегии, но в их глазах, даже под слоем вековой мудрости и несгибаемой воли, была одна единственная, жгучая тоска по внучке. Они искали ее, искали всем кланом, но будто плыли в океане без ориентиров.