Плохая маленькая невеста - Меган Брэнди Страница 79

Наплававшись, хожу по берегу, обернувшись в мягкое полотенце, наслаждаюсь свободой.

В тот момент, когда мои слегка замерзшие ноги скользят в туфли, на лестнице появляется Бабуся.

— Пойдем! – кричит она и ждет, пока я подойду, затем резво разворачивается и поднимается по ступенькам, заставляя догонять ее.

Уже в доме она ведет меня по незнакомому коридору. После поворота налево я обнаруживаю красивую железную лестницу.

— Вон там есть лифт, если он тебе нужен, – говорит Бабуся.

Я отрицательно качаю головой и иду за ней. Когда мы поднимаемся на второй этаж, я вижу большие двустворчатые двери в центре и еще одни, поменьше, в торце стены.

Бабуся толкает большие двери, я вхожу и открываю рот от удивления.

Комната имеет форму гигантского полумесяца, выпуклая сторона представляет собой огромную лоджию с видом на озеро. Ни штор, ни жалюзи нет.

— На лоджии есть джакузи и мини-бар, – говорит Бабуся.

— Невероятно… – шепчу я, медленно поворачиваясь и оглядывая пространство.

Только теперь я замечаю кровать с балдахином. Она завалена разнокалиберными подушками всех оттенков зеленого.

Подхожу ближе и провожу кончиками пальцев по фантастически красивому одеялу изумрудно-мраморного цвета с примесью черного.

— Это…

— Шелк Малбери? Да, – кивает Бабуся, скрестив руки на груди.

Прижимаю к одеялу ладонь, и легкая улыбка тянет мои губы. Обхватываю витой столб, большим пальцем поглаживаю резьбу на нем.

— Древнеегипетский, – бормочу я, прослеживая взглядом маленькие иероглифы и отчаянно желая знать, что там написано. Моя сестра точно прочитала бы.

Иду в ванную и ахаю.

Тут есть большое окно, но оно темное, тонированное, а сама ванна возвышается на пьедестале.

С улыбкой поднимаюсь по ступенькам (всего их шесть) и обнаруживаю, что ванна похожа на маленький бассейн. Бортики довольно широкие – достаточно места, чтобы поставить блюдо с фруктами, вино, или сесть, или…

Или сделать много грязных, грязных вещей…

Моя кровь теплеет от этой мысли.

Спускаюсь в ванну и сажусь, скрещивая ноги, – мои колени не касаются краев, настолько здесь много места.

— Божественно, – бормочу себе под нос, и мои глаза прыгают на озеро. Слежу за птицами, когда они перелетают с дерева на дерево.

— Это окно открывается, – говорит Бабуся.

Стекло бесшумно отодвигается и исчезает в стене.

Я восторженно киваю, представляя, как сижу в теплой воде с книгой и бокалом вина.

Эти апартаменты… я была бы не прочь быть запертой здесь.

Заставляю себя встать и быстро осматриваю остальное. Столешница под раковиной – гигантская плита из черного мрамора с золотистыми вкраплениями. Слив в раковине каскадный. Зеркало тонированное, и с того места, где я стою, моего отражения постороннему человеку не разглядеть.

Улыбаюсь вращающемуся подносу на столешнице, любуюсь изящной розой, чьи золотые лепестки инкрустированы кристалликами, имитирующими капли свежей воды… и вдруг замечаю сложенную черную бандану и знакомую баночку.

Слегка нахмурившись, поднимаю баночку и обнаруживаю, что это та самая мазь для смягчения кожи после татуировки. Открутив крышку, заглядываю внутрь. Баночка уже на четверть пустая.

Меня охватывает легкое волнение, я быстро выхожу из ванной и бросаюсь к дверям, которые могут вести только в гардеробную. Распахиваю двери, и мои плечи опускаются.