Я тебя сломаю - Анастасия Князева Страница 8

Этот день никогда не стереть из памяти. Ни местью, ни кровью, ни временем… Ничем.

Похищение виновницы всего этого — слабое облегчение, маленький глоток воздуха в грудь, наполненную густым илом.

И я не жалею, что пошел на такое!

Поворачиваюсь и, глядя на ее бледное лицо, задаюсь вопросом, что я все-таки буду с ней делать?

В башке полный сумбур. Не понимаю я себя… Ничего не понимаю.

Внутри снова что-то царапает, разливая по горлу горечь. Когда-то я был другим и никогда бы не позволил себе обидеть женщину. Когда-то…

А сейчас я буду мстить! Буду уничтожать тех, кто причастен к тому, что сделали с братом. Буду дышать и жить только ради того, чтобы превратить ее жизнь в настоящий кошмар.

Знакомый огонь льется в горло и плещет в голову, затмевая разум, внешние звуки.

Скольжу по ней долгим взглядом. Невольно задержавшись на линии груди, спускаюсь ниже. Даже под этими лохмотьями чувствую, какая она вся ладная. Миниатюрная пигалица. С тонкими костями и умопомрачительным переходом от узкой талии к покатым бедрам, так безжалостно спрятанным под слоями ткани.

До чего же, сука, красивая.

И продажная…

Не понимаю, почему меня клинит на этом. Мне-то какая разница? Сам не святой, многое повидал в жизни, испробовал. И к шлюхам, когда надо было, обращался. Не видел в этом ничего плохого. А тут…

Морщусь, как от резкой боли и выплевываю в воздух, будто она меня слышит:

— Ты ответишь за все, что сделала с моим братом! Скоро ты проклинешь тот день, когда появилась у него на пути!

Разворачиваюсь и выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Отвечаете за нее головой. Если что-то выкинет или не дай бог попытается сбежать — уволю всех к чертовой матери! Это понятно? — перевожу взгляд с одного на другого.

Парни тупятся и кивают, аки болванчики. Опускают глаза в пол.

Правильно. Знают, что в такие моменты лучше помалкивать, целее будут. Да и мне нужно нервы беречь. И так проблем хватает, теперь еще и эта прибавилась…

Устало тру переносицу и поднимаюсь наверх. Прямиком в свой кабинет.

Наливаю добрую порцию вискаря и выпиваю залпом, как воду. Ничего не чувствую. Все ощущения притупились, остались там вместе с девкой.

— Сука! — рычу медведем и размазываю бокал по стене. Осколки рассыпаются по полу, а на гладкой поверхности образуется влажный след. — Сука! Сука! Сука!

Схватившись за голову, падаю на диван.

На фоне слышится голос прислуги. Дверь резко открывается и в комнату влетает перепуганная домоправительница. Она что-то говорит, охает в своей привычной манере, но я не слышу. Меня выбивает в шипящий тишиной эфир. Горло сжимает спазмом, а перед глазами возникает до боли знакомый образ.

Темноглазая ведьма с длинными карамельными волосами…

Олененок с душой настоящего демона.

Черт! Как же я ее ненавижу!

Глава 4

Арина

Искусственный сон тяжелый, крепкий. Он опутывает своими липкими щупальцами и высасывает энергию, не давая проснуться. Сколько не пытаюсь бороться, не отпускает. Держит на привязи, не давая сделать и шага.

Душа, отделившись от сознания, будто блуждает по бесконечному запутанному лабиринту, где нет абсолютно никакого понимания времени, жизни или смерти, и сколько это длится — дни или долгие месяцы, — мне уже никогда не понять.

Куда бы я не пошла — везде пусто, сыро и одиноко, как в склепе. Голоса нет. Все мои попытки закричать, позвать кого-то на помощь или достучаться до собственного разума разлетаются в прах, стоит только открыть рот. Из горла вырывается лишь сдавленный стон, а хаос вокруг все нарастает. Обретает новые масштабы. Засасывая все глубже. Дальше. Туда, откуда уже не вернуться…