Господа психологи - Соня Дивицкая Страница 86

— Успокойся. – Аннушка поняла, что он пьян, и спросила: – Ты пьяный?

Он энергично дожевал салат и ответил:

— Я мертвый!

Аннушка засмеялась, он слишком аппетитно ел для мертвеца. Она рассказала ему про свою обнуляцию, про то, как осталась одна с ребенком, и к тому же без денег. А разве можно сравнивать успешного предпринимателя с беременной девушкой без копейки?

— И ничего… – сказала она, – растем. Три года уже. А у тебя и подавно все устаканится.

— Да, устаканится. – Он налил себе еще и спросил: – Аня, скажи… Тебе было больно?

— Еще как!

— Нет, я имею в виду: физически тебе было больно? У меня постоянно в груди что-то жжет и тяжесть…

— Это соматика… – со знанием дела заявила она. – Со мной такого не было. Сейчас уже не помню. Я за ребенка волновалась, беременная была, старалась спать побольше…

— Это все вообще пройдет когда-нибудь?

— Пройдет, – заверила она без колебаний, – у меня прошло. У всех проходит.

— И что, я после этого смогу нормально жить?

— Сможешь. Ты сильный человек. Боль вообще-то идет на пользу…

Да, он был сильный. И никогда не сомневался в этом. Жена всегда напоминала: «Ты сильный, поэтому я с тобой и живу. Даже если бы я захотела свинтить от тебя – не смогла бы. Потому что настоящая волчица всегда выбирает только сильного самца. Со слабым она долго не протянет, она его сожрет».

Все это было правдой до понедельника. А теперь, когда Звезда все-таки свинтила, он перестал верить во все ее байки. И выяснилось, что на самом-то деле он никакой не сильный человек, и не вожак, и никакой он не успешный бизнесмен… На самом деле он – всего лишь маленький раздавленный карлик, которого топчет табун лошадей, и он готов согласиться на многое, лишь бы кони его не били. Об этом он не стал рассказывать даже Аннушке.

— Спасибо за хорошие прогнозы, – сказал он ей.

И хлопнул еще пятьдесят, как микстурку.

— Не пей слишком много, – по-свойски пожурила его Аня, – завтра тебе на работу.

А он и не пил слишком много, он выпил сколько нужно, перебрался на диван, повалился на живот, поджал ногу и уткнулся в подушку. Колено и рука висели, пальцы шарили по полу и нащупали под диваном что-то гладкое. Это были туфли, красные туфли его Звезды. Он вытащил одну и приложился к ней пьяными солеными губами.

5

Спасибо Аннушке. С ее помощью он продержался в рабочем режиме до конца недели. Каждое утро, несмотря на похмелье, он был на месте, как всегда, ровно в восемь. Да, голова болела и сам он был слегка помят, но в конторе оставался допоздна, закапывался в работу по горлышко и только часиков в семь или восемь вдруг замечал, что шея затекла и спина устала.

В это время в офисе было темно, свет горел только в его кабинете, и в клиентском зале мерцала новогодняя елка. На территории тоже никого не было, охрана выпускала овчарок, он слышал с улицы их резкий хриплый лай.

В это время все болевые симптомы возвращались, и опять ему казалось, что лошади хотят его растоптать. Он смотрел в глаза тому жеребцу, который вел на него табун, и сжимался в ожидании удара.

От лошадей он прятался в машине, за рулем кони его не доставали. Он убегал от них по трассе и вспоминал свое спасительное средство: «Две сотни – и в бетон». Перед мостом, на дороге к дому, он набирал скорость, а метров за сто начинал тормозить. Под мост въезжал плавно и поворачивал направо, к себе.