Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю Страница 89

Миную стеллаж размером шесть на тридцать футов, полный всевозможных масок. Чудовища, страшные животные, зомби, уродливые, гнилые или обезображенные рожи. Замечательное место для шопинга! Мы, нью-йоркцы, относимся к Хеллоуину всерьез, даже соревнуемся, кто украсит дом пострашнее. Сейчас магазин переполнен людьми, стремящимися успеть в последний момент.

Приглядываюсь к бесчисленным надувным костюмам. Все, что душе угодно, – от скелетов и ведер с попкорном до тампаксов и всяческих сказочных животных. Кабан, инопланетянин, ядовитый гриб, фламинго, убегающий преступник, к чьей заднице приделана надувная собака, наездник на петухе, ванна, гигантская вагина…

Хватит, все это никуда не годится. На параде будут десятки тысяч людей, и вряд ли их что-то из этого ассортимента может смутить. Надо нацелиться на неудобство. Кстати, Митчелл наверняка поступит так же.

Когда после двадцати минут тщательных поисков я нахожу подходящее, мои губы растягиваются в дьявольской усмешке. Проверяю размер и, взяв запечатанную коробку, иду искать Грейс. Вот и она.

— Надеюсь, ты ко всему готова, Сахарный Пончик? – интересуюсь я.

Она оборачивается. Выражение лица под стать моему.

— Могу спросить тебя о том же.

В руках она сжимает пакет с предназначенным для меня костюмом. Улыбочка злобного эльфа не сулит ничего хорошего.

ГРЕЙС

Принимаю брошенный мне тупейший вызов в полном соответствии с истинно спортивным духом. В смысле, намерена закатать Говарда в асфальт. Судя по триумфальной усмешке, с которой Говард вручает мне коробку, он преисполнен такого же олимпийского спокойствия.

— Это тебе, Митчелл. Наслаждайся.

При первом же взгляде на этикетку я взвиваюсь до потолка.

— Ты дебил или как? – выпаливаю, вытаращив глаза. – Не буду я платить за это сто пятьдесят девять долларов! И сколько оно весит?!

Костюм лежит в пластмассовой коробке, такой огромной, словно внутри телевизор с диагональю тридцать дюймов и толщиной в руку Говарда. Соревнование соревнованием, но границы какие-то оставаться должны?

Видимо, он поставил именно на безумную цену, потому что, судя по картинке, речь идет о классическом костюме русалки. Хвост сделан из чего-то твердого и блестящего, скорее всего из ажурной пластмассы, имитирующей рыбью чешую. Верхняя часть состоит всего из двух ракушек, прикрывающих груди. Еще один гвоздь в крышку гроба Говарда.

— На улице конец октября! Я не собираюсь подхватывать из-за тебя бронхит.

— Никто не говорил, что будет легко, Митчелл. Но сначала прочитай-ка вот тут. – Он показывает на обратную сторону коробки. – Ты вовсе не будешь голой: там практичное термобелье телесного цвета. Согласно интернет-отзывам покупателей, очень удобно.

Хорошо же. Ищешь войны? Ты ее получишь! Я надену этот дурацкий костюм. В конце концов, могло быть и хуже.

— А это вам, профессор…

Слишком занятый наблюдением за моей реакцией, Мэтью не обратил внимания, что мы стоим здесь не просто так. Наоборот. Снимаю с полки коробку с его костюмом, куда меньше той, что он приволок мне, и бросаю ему. Он ловит ее на лету.

Должна признаться, я мастерски нашла эту жемчужину, недорогую, но эффектную. Мэтью бдительно изучает коробку и приподнимает бровь:

— И это все? Серьезно? Ты ограничилась простым пенисом? Не предполагал, что ты настолько банальна, Митчелл.