Фредерика - Джорджетт Хейер Страница 9

Так как увлечения Чарлза относились к сфере политики, упомянутые возможности до сих пор ему не представлялись, поскольку маркиз не разделял его амбиции и крайне редко появлялся в палате лордов. Однако Чарлзу дозволялось писать для своего патрона предельно краткие речи, которых, по мнению маркиза, от него ожидали, и даже время от времени вкладывать в них собственные политические убеждения.

Более того, Чарлз обнаружил, что не в состоянии испытывать к Элверстоуку неприязнь. Хотя у Чарлза не было оснований предполагать, что маркиза хоть сколько-нибудь заботит его отношение, Элверстоук всегда держался с секретарем дружелюбно, никогда не придирался к нему, а тем более не проявлял высокомерия. Обмениваясь впечатлениями с приятелем по колледжу, который занимал аналогичный пост, но чей работодатель рассматривал его как некую помесь черного раба с дворецким, Чарлз понимал, что ему повезло. Элверстоук мог резко осадить какого-нибудь нахального выскочку, но если его секретарь ошибался, он распекал его, ничем не обнаруживая своего социального превосходства. Друг Чарлза выслушивал грубые приказы, а Чарлз – вежливые просьбы, обычно сопровождаемые одной из самых очаровательных улыбок его лордства. Поэтому Чарлз никак не мог противостоять обаянию маркиза, а также не восхищаться его искусством верховой езды и многочисленными спортивными достижениями.

— Судя по вашему неуверенному поведению и глуповатому виду, – заметил маркиз, весело блеснув глазами, – вы считаете своим долгом напомнить мне о какой-то очередной обязанности.

Послушайте моего совета и не делайте этого. Я восприму это крайне нелюбезно и даже могу выйти из себя.

Серьезные черты мистера Тревора осветила улыбка.

— Вы так не поступите, сэр, – сказал он. – К тому же это вовсе не обязанность – по крайней мере, я так не думаю. Просто мне казалось, что вы хотели бы об этом знать.

— Вот как? Мне известно по собственному опыту, что такие слова всегда служат прелюдией к тому, о чем я предпочел бы не знать.

— Да, – простодушно отозвался мистер Тревор, – но я бы хотел, чтобы вы прочитали это письмо. Фактически я пообещал мисс Мерривилл, что вы его прочитаете.

— А кто такая мисс Мерривилл? – осведомился его лордство.

— Она сказала, что вы знаете, сэр.

— Право, Чарлз, вы должны знать меня лучше, чтобы предполагать, будто я держу в голове имена всех… – Маркиз оборвал фразу и сдвинул брови. – Мерривилл, – задумчиво повторил он.

— Думаю, сэр, она какая-то ваша родственница.

— Весьма дальняя. Какого дьявола ей нужно?

Мистер Тревор протянул ему запечатанное письмо. Элверстоук взял его, сердито сказав:

— Вы получили бы по заслугам, если бы я бросил письмо в огонь, предоставив вам объяснять, почему вы не проследили, чтобы я его прочитал! – Маркиз сломал печать и открыл письмо. Ему не понадобилось много времени, чтобы понять его содержание. Дочитав до конца, он устремил на мистера Тревора страдальческий взгляд. – Очевидно, Чарлз, вы вчера вечером хватили лишнего и сейчас немного не в себе?

— Разумеется, нет, сэр! – воскликнул шокированный мистер Тревор.

— Тогда почему, черт возьми, у вас в голове внезапно стало недоставать винтиков?

— Я имел в виду…

— За три года нашего сотрудничества вам всегда удавалось находить предлоги, чтобы отделываться от моих докучливых родственников, а тем более не поощрять самых никчемных из них…