Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл Страница 92

Я знаю, что мне нужно уклониться от этого разговора, но пока в мой организм еще не попал кофеин, голова плохо работает.

— Я слышала, что они расстались мирно и по-дружески, – заявляю я.

— От кого ты это слышала? – подозрительно спрашивает мама.

— М-м… от Сета.

Следует долгая пауза.

— Сета Рубинштейна? – уточняет она.

— М-м, да, мама. От Сета, про которого мы говорим.

— А почему ты разговаривала с Сетом Рубинштейном?

— Мы с ним в дружеских отношениях. От него пришло письмо по электронной почте по другому поводу, ему требовалась от меня одна услуга, и это всплыло.

— Чушь собачья.

Я не могу ничего с собой поделать. Я начинаю хохотать.

— Ты о чем, мама? Что именно чушь собачья?

— Мужчина не посылает письма по электронной почте с просьбой о какой-либо услуге в тот день, когда его бросили у алтаря.

— Чего, как мы уже установили, не случилось.

— Будь с ним осторожна. Он скользкий.

— О Боже! Он наименее скользкий человек из всех, кого я знаю. Почему он так тебе не нравится? Что ты имеешь против него?

— Он – адвокат по бракоразводным процессам. Ты слышала хотя бы про одного адвоката по бракоразводным процессам, который был бы хорошим человеком?

— К счастью, его работа не имеет абсолютно никакого отношения к твоей жизни.

— Имеет, если он пишет письма по электронной почте моей дочери, чтобы развеять грусть.

— Хорошо, мама. Он безумно в меня влюблен. Ты догадалась.

Я не отрицаю, что от этой мысли у меня кружится голова.

— Может, сейчас и влюблен. До тех пор, пока он с тобой не разведется и не разрушит твою жизнь. Он карьеру на этом сделал.

— Хорошо, мама. Спасибо за совет. Наверное, я все-таки не выйду за него замуж.

— А вообще-то, если подумать, он заслужил, чтобы его бросили у алтаря, – заявляет мама, по-настоящему войдя во вкус.

— Ага. На самом деле он заслуживает, чтобы его посадили в тюрьму. Мне нужно идти.

— Никуда тебе не нужно, – говорит она.

— Нужно. Я люблю тебя, мама. Пока.

Я отключаю связь и качаю головой. Но я рада, что она думает, будто между нами с Сетом что-то есть.

Я варю себе кофе, хватаю коробку с сухой кашей, и тут приходит сообщение от Дез.

Деззи:

Боже, народ, вы слышали про Сета Рубинштейна????

Элисса:

Нет!

Элисса:

Что случилось?

Деззи:

Невеста его бросила.

Элисса:

В карантин???

Деззи:

Да! Роб позвонил ему сегодня утром, чтобы направить кого-то в его некоммерческую консультацию, и Сет явно был в отчаянии.

Я не рада это слышать. Бедный Сет. В любом случае я не могу не думать, что его настроение улучшилось бы, если бы он мне позвонил, чтобы прошептать какие-то милые глупости.

Этими чувствами я с подругами не делюсь.

Молли:

Я слышала. Очень печально. Мне его жаль.

Деззи:

Тебе следует ему написать, поделиться мыслями, сказать, что молишься за него.

Деззи:

Показать сиськи.

Элисса:

Может, не стоит сразу сиськи показывать.

Деззи:

Да, нужно не сразу брать нахрапом, а сдерживаться.

Деззи:

В любом случае твое время пришло.

Молли:

Боже, народ, вы вообще о чем?

Элисса:

Ты отрицаешь, что вы влюблены друг в друга?

Молли:

М-м, да.

Деззи:

Ага, и каждый раз, когда я его упоминаю, ты становишься вся такая печальная.

Молли:

Не становлюсь. Хватит на меня наговаривать.

Деззи:

Хорошо, не буду. Если говорить о других новостях, Роб ведет себя как-то странно.