Истинная: знаки судьбы - Юлия Юг Страница 94

— Но не будем же мы праздновать наше соединение без твоего брата.

— Нет. Поэтому и нужно дождаться его возвращения. — Заявила блондинка, и очень умилительно надула свои пухленькие губки, показывая свою обиженность.

— Милая, мы обязательно сюда приедем и отпразднуем. Обещаю тебе. А пока предлагаю поехать в Россию, и вначале отпраздновать там. Определиться с нашим будущим жильём, решить все организационные вопросы, и потом мы можем вновь приехать сюда, для того чтобы провести торжество.

— Хорошо. Но не знаю, как ты будешь со мной за всё это расплачиваться…

Матвей заулыбался ей в ответ:

— Не волнуйся, в долгу не останусь. — И с этими словами он прикусил её за ушко.

Блондинка закрыла от удовольствия глаза. Очевидно, брат неплохо уже изучил её эрогенные зоны, раз она так млела в его руках.

— Значит, завтра Вы едите с нами. — Констатировал Мишель.

— Да, — довольным голосом подтвердил Матвей, подмигивая мне.

Дальше мы вчетвером поужинали, разговаривая на отвлечённые темы.

И я все больше поражалась переменам, которые произошли с сестрой Мишеля. Она становилась совершенно другой. Менее вредной и более любезной женщиной.

Раньше я думала, что это только байки из анекдотов, в которых рассказывается о такой категории женщин, которым не хватает любви и интимной близости настолько, что у них проявляется желчный и стервозный характер. Сейчас я наглядно на примере Луизы увидела, что близость между мужчиной и женщиной иногда творит чудеса. И стерва может превратиться в ласковую, мягкую и улыбчивую женщину.

После ужина брат с новоиспеченной супругой пошли наверх собирать свои вещи, а спросила у Мишеля:

— Какие у тебя сейчас планы?

— С самолётом и нашим приездом я все решил. Поэтому нет никаких планов, ты что-то хочешь предложить?

— Хочу. Пойдём. —Ответила я, и взяла его за руку, уводя в нашу спальню.

— Рассказывай, что ты задумала?

— Сейчас, поднимемся в комнату, и ты все узнаешь.

Мы зашли в спальню. Здесь все осталось так, как и оставалось до нашего отсутствия. Мимолетом я поймала себя на мысли, что эта комната уже мне кажется по-настоящему моей.

Я закрыла за нами дверь. Мишель стоял с недоуменным выражением лица показывая, что ждёт от меня ответа на свой вопрос. Молча я подвела его за руку к дивану, возле журнального столика, и проговорила:

— Присядь пока.

— Может, уже скажешь, что ты задумала?

И я честно призналась:

— Я хочу, чтобы ты поставил сегодня мне метку. До поездки в Россию.

Он рвано выдохнул и сказал, пребывая в замешательстве:

— Опять будешь меня соблазнять?

— Буду. — Подтвердила я, хотя напоминание о нашем прошлом было неприятным.

— Может быть не нужно? В прошлый раз ничем хорошим у нас это не кончилось. — Продолжил он.

Вот умеет же он всё испортить! Его слова сильно меня задели. И я разозлилась.

— Если не хочешь, чтобы у нас что-то было — так и скажи.

— Виолетта, причем тут это? Я просто не хочу, чтобы потом ты об этом пожалела, понимаешь?! Только сейчас у нас начали выстраиваться доверительные и близкие отношения, и я боюсь пока ещё хрупкую основу нашей идиллии чем — либо разрушить, испортить одним неловким движением.

Я тяжело выдохнула. Его аргументы были понятны. Возможно, он прав. Но, сейчас, пока он отговаривает меня от этого шага, я еще больше понимаю, что хочу, чтобы на мне стояла его метка, черт возьми! А Мишель продолжил говорить: