Любовь приходит в Рождество - Шейла Робертс Страница 99

Ни пряничного домика с собой, ничего – одна только сумочка и слегка подпорченное настроение. Ехать домой одной – как с бала возвращаться в лачугу.

Френки почти дошла до машины, как вдруг ее окликнула и догнала Отем, коллега по комитету. В руке она держала телефон в искрящемся розовом чехле. Его Френки сразу признала.

— Похоже, твоя мама выронила телефон, пока помогала с уборкой у нашего стенда. Он валялся на полу, и я его подобрала. Чуть не забыла отдать.

— И как это она не заметила, – сказала Френки, забрав телефон. – Спасибо.

Вот она и нашла чем заняться. Мама уже, наверное, надела пижаму и отдыхала после долгого дня. Можно посидеть на диване и поболтать о происшествиях этого вечера.

Френки поехала домой к Адель. На обочине стоял все тот же внедорожник, что и раньше, немного поодаль от дома. Кто-то пригласил гостей.

Но точно не Адель. У нее в гостиной свет не горел, и гирлянды на деревьях тоже. Вот тебе и поболтали за бокалом вина или кружечкой горячего шоколада.

Но если уж Адель легла пораньше, значит, ей нужен отдых. Френки воспользовалась запасным ключом и проскользнула в дом, решив оставить телефон на столике в прихожей. Свет она включать не стала. А зачем? Тут же всего два шага сделать, и…

Опа! Она обо что-то споткнулась и, вскрикнув, налетела на столик, так что оловянная пиала, где Адель хранила ключи, опрокинулась на пол и приземлилась с металлическим лязгом.

Что за черт? Френки пошарила рукой на полу в поисках пиалы, а нашла… ботинок? С каких это пор ее мать оставляет ботинки в прихожей? По пути к выключателю она наткнулась на еще один. Включив свет, Френки увидела на полу два большущих ботинка.

Погодите минутку. Это что вообще творится?

14

На втором этаже загорелся свет, и из комнаты показалась Адель в пушистом розовом халате. Нахмурившись, она приглаживала волосы.

— Какого лешего ты делаешь? – крикнула она Френки.

— Принесла тебе забытый телефон, – отозвалась Френки. Затем схватила ботинок и показала матери. – А ты что делаешь?

Адель вздернула подбородок.

— Не твоего ума дело.

— То есть я прихожу, спотыкаюсь о ботинок в два раза больше твоего, и это не моего ума дело? – возмутилась Френки. – Что происходит, мам?

— У меня гости, – сухо ответила Адель.

Тут у нее из-за спины, весь раскрасневшийся, вышел мистер Беллагамба. Редкие темные волосы взъерошены, а увесистый живот, словно огромная шляпка гриба, навис над красными пижамными штанами с оленями.

Френки выронила ботинок из рук.

— Мистер Беллагамба, эм, с Рождеством? – только и выдала она.

Ничего лучше в голову ей не пришло.

— Ой, иди уже домой, – раздраженно сказала Адель.

— Я хочу жениться на твоей матери, – заверил мистер Беллагамба и приобнял Адель за плечи.

На лице у него отразилась мольба о прощении.

Правильно сказала Адель. Френки лучше вернуться домой. Она насилу кивнула и ушла.

Все так… Френки не могла подобрать подходящего слова. Странно? Неожиданно? Против правил Санты? Или нет? В какие списки попадет Адель с таким поведением?

Конечно, в черные. Надо было рассказать домашним, что она с кем-то видится, да еще очень близко – Френки увидела гораздо больше, чем хотела, – и нечего было ныкаться, как проказливые подростки. Или хотя бы повесить на входную дверь табличку «не беспокоить».