Да здравствует жизнь! - Софи Жомен Страница 36

Я отвечаю кислой улыбкой.

По правде говоря, магазины стандартной одежды – для таких девушек, как я, сущий ад. Повсюду зеркала, боковые светильники далеко не лестно освещают фигуру; клиентки жалуются, что снова вернулись к 40[32] размеру, а потом смотрят на тебя и думают, что им особенно не на что жаловаться. И заключительный аккорд в этой серии унижений – продавщицы смущенно объясняют, что производитель предусмотрел большие размеры, но не больше 44. «У нас здесь на коров не шьют, милочка», – словно говорят они. Тогда, раз уж ты здесь оказалась, ты пытаешься натянуть на себя понравившееся платье, хочешь снять его через голову, но застреваешь в нем и стоишь, задыхаясь в комке ткани, с поднятыми руками и с пузом наружу. Так что я почти все покупаю в интернете, и до сегодняшнего дня ни разу еще не рискнула войти в такой магазин, как этот.

— О, смотри-ка! – восклицает Фран, тряся передо мной вешалкой. – Ты же обожаешь льняные комбинезоны, вот, примерь этот. У тебя какой размер? Сорок шестой?

Сразу видно – глаз у нее наметанный.

Она показывает мне почти точную копию того, что я ношу – цвета фуксии, но только – о ужас! – в укороченном варианте. Как будто я могла бы этого не заметить…

К горлу подкатывает дурнота, и я пытаюсь увернуться:

— Не уверена, что…

— Вам он будет очень к лицу, – говорит продавщица.

Ну разумеется…

— Какой у вас размер?

— Сорок шестой… – пищу я, совершенно не убежденная ее словами.

Она роется среди вещей на полке и протягивает мне комбинезон:

— Я дам вам 44 и 46 размер. С просторной футболкой, как на вас сейчас, но только с коротким рукавом, будет идеально. У вас такая есть?

— У нее ничего не осталось, ее вещи испортил кабан, – отвечает Фран самым серьезным тоном.

Продавщица хихикает, уверенная, что это шутка.

— Обычно я представляю комбинезон в сочетании вот с чем.

Она показывает мне бежевую хлопчатобумажную футболку с коротким рукавом и принтом в виде полупрозрачных золотых перышек.

Я не осмеливаюсь сказать «нет». Но почему?

Я должна была сказать «нет».

— Хорошо, спасибо…

Я захожу в примерочную, закрываю глаза и задергиваю занавеску. Когда я открываю их и смотрю на себя в зеркало, то не могу сдержать гримасу. А вот и цена отвратительной ночи и твоего эпического пробуждения, Марни! Волосы спутались, черты лица заострились, бледная кожа, измятый комбинезон заляпан грязью – должно быть, продавщица подумала, что Фран подобрала меня на улице.

Слава богу, что я хотя бы сделала эпиляцию ног!

Я раздеваюсь, надеваю футболку, комбинезон 46 размера и смотрю на себя, не веря своим глазам. Он мне велик! По бокам с каждой стороны остается еще добрых пятнадцать сантиметров. Невероятно! Ничего подобного со мной уже сто лет не происходило. При этом я знаю, что не потеряла ни грамма, но мое изумление слишком велико, так что я почти забываю, что комбинезон даже не прикрывает колени – мои ужасные колени; а руки в нем – так просто выставлены напоказ.

Изумленная, но еще больше воодушевленная, я поспешно примеряю 44 размер… И бинго!

Он мне в самый раз.

— Ну как? – тут же слышу я голос Фран из-за занавески.

— Ну… не уверена, что мне хочется видеть свои руки и ноги, но он мне как раз.

— Давай, покажись.

Я выхожу в носках, неуверенная, как маленькая девочка, которая впервые сама выбрала себе платьице.