Глубина - Крейг Дэвидсон Страница 108

Эл продолжала кивать.

— Ну тогда с богом!

Эл нырнула внутрь, ее голову и плечи поглотил желоб. Когда подошвы ее ботинок уже скрылись из виду, Люк бросил последний взгляд назад.

Он увидел границу, где свет, наполнявший отсек, тускло вливался в черноту.

Восемь придатков протянулись через эту границу.

Один за другим.

Восемь пальцев. Поначалу Люк увидел только кончики.

Восемь ногтей. Черные, острые.

Каждый палец был отставлен на неестественное расстояние от соседа – где-то дюймов на шесть, не меньше. Огромная рука проворно ползла вперед.

Один из этих пальцев, странно оттопырившись, подергался – будто помахал Люку.

Будь здоров, лопух. Давненько не виделись. Сейчас я тебе покажу класс.

Люк бросился в желоб. Он заставил себя дышать ровно; если потерять сознание, если переусердствовать – ничего хорошего не будет. Эта мерзость удавит его, беспомощного. Или сделает что-нибудь похуже. Погнуснее.

Давление внутри желоба навалилось со всех сторон, многократно усиленное глубиной.

Дыши, Люк. Ради бога, просто дыши.

Он упирался ногами в скользкий металл и отталкивался пальцами ног, продвигаясь по желобу испытанной «гусеничной» методой. Процесс по энергозатратам вполне тянул на сто последовательных подъемов с пятки на носок. Мышцы Люка буквально вопили.

ХУТУМП!

Преследующее его нечто было уже у входа в трубу. В пяти футах. Может быть, ближе.

С руками над головой в желобе оказалось гораздо проще дышать – хотя бы грудную клетку с боков ничего не сдавливало. Люк достиг изгиба, сумев в нужный момент вывернуть тело наиболее выигрышным образом. Его пальцы скользили по металлу – одновременно и липкому, и скользкому из-за дурацкой смазки.

Каким было твое лицо до твоего рождения?

Он заставил себя успокоиться. Икры дрожали. Ощущения в них были такие, будто все мясо сползло с костей.

Скрриииииич.

Ногти заскребли по металлу. Рука пробралась в желоб и полезла следом – как тарантул, слепой, но готовый идти до конца, подстегиваемый страшным животным голодом.

Люк протискивал ноющее тело вперед, один полный адских мук дюйм за другим. Он представил, как желоб удлиняется – так же, как стены подвала много лет назад. Бесконечный удушающий трубопровод. Идеальное пыточное орудие.

Чушь. У трубы был конец, и Люк приближался к нему. Он слышал, как Эл барахтается где-то впереди. Воздух казался чуть менее загрязненным. Должно быть, спасение близко.

Скрриииииич…

Ноготь вонзился ему в ботинок.

Куски резины и ткани полетели по сторонам – острая штука отчаянно дергалась взад и вперед, расширяя дыру. Люк сдержал визг и рванулся вперед на волне чистого адреналина.

Толчок, еще толчок. Икроножные мышцы молили о пощаде. Пот пропитал комбинезон насквозь. Потеряв контроль над собой, Люк стал жадно хватать ртом воздух, и в глазах тут же потемнело; возникло неприятное чувство, будто лицо каким-то образом проваливается внутрь головы. Он отчаянно выпростал руку вперед…

И желоб закончился.

Сильная хватка Элис сомкнулась на его запястье, и одним рывком она вытащила его.

Они стояли в тоннеле, задыхаясь. До шлюза было футов десять. Сквозь смотровое окно в створке сиял мягкий кружок света. Где-то там сидит Пчелка, дожидается их.

Они побежали к нему, как дети, убегающие от бабайки, – в известном смысле так оно и было. Люк бросил последний взгляд назад. Он не мог удержаться. Ему почти что хотелось показать врагу язык. Не догонишь, не поймаешь, не вернешь!