Человек из подвала - Джей Ди Уокер Страница 11

Но время от времени она просыпалась посреди своих хождений во сне. Это сбивало с толку, у неё не одна минута уходила на то, чтобы отделить сон от яви, раскладывая резоны «за» или «против» в аккуратные стопки в своей голове, как бельё, решая, почему она стоит в пижаме посреди тёмного гаража или почему она сидит в шкафу Лен. Раз от раза легче не становилось.

Ноэ потопала босыми ногами по полу, чтобы убедиться, что она не спит. Только это был не пол. Это была земля. Но она не была похожа на землю. Она была твёрдой. Как пол. Она дотронулась до стены. И она была шершавой, неровной и потрескавшейся, как скала. Совсем не как стена. Она дотронулась до водонагревателя, но и это не помогло. Он выглядел металлическим, но на ощупь металл был тёплым.

Наконец все части головоломки медленно заскользили и сложились, словно покачиваясь на поверхности воды. Она была в подвале своего нового дома. И она ходила во сне. В первый раз в новом доме. Впервые за много недель.

Как же она ненавидела это.

Ноэ стояла в дальнем конце за печью и водонагревателем, уставившись на стену с огромной трещиной, тянувшейся от потолка до пола. Она посмотрела на окна, но они были непроглядно чёрными. Она понятия не имела, который час, знала только, что сейчас ночь. Она в оцепенении пялилась на стену, как будто больная и с ватной головой, и никак не могла сосредоточиться. Она ещё решительнее уставилась на стену. На трещину среди других трещин. Сосредоточилась на длинной зазубренной линии, которая тянулась наискосок по всей длине стены, как если бы это был спасательный круг, который держал её на плаву в реальности.

И тут, из этой трещины, она увидела движение.

Поначалу Ноэ решила, что это вода – по той простой причине, что её разум не мог придумать, что ещё может вытекать из трещины в каменной стене.

«Вытекать» было хорошим словом. А лучше «сочиться». Как будто зубную пасту медленно выдавливают из тюбика. Или как когда Лен выдавливала пластилин «Плей-До» через отверстия в своём игровом наборе «Фабрика пирожных».

Ноэ наблюдала за движением несколько минут, но отчего-то не могла заставить себя подойти ближе к стене, чтобы разглядеть, что же это такое. Она стояла столбом возле водонагревателя, её левая рука, отведённая назад, касалась его тёплой поверхности, как будто это было её «в домике» в игре в салочки.

То, что лезло из этой трещины, было плоским, скорее похожим на широкую лапшу из маминой машинки для приготовления пасты, чем на зубную пасту; впрочем, оно было намного шире, чем лапша.

И тут она заметила, что у этого плоского нечто есть форма. Напоминающая голову. Плоскую голову, как у бумажной куклы, только в натуральную величину.

Ноэ вспомнила серую бумажную куклу, которую она разорвала в клочья и обрывки которой, наверное, так и валяются в начале подъездной дорожки.

На неё волной накатило головокружение, как будто затхлый воздух подвала сгустился и завертелся вокруг неё. Ноэ продолжала смотреть на нечто, медленно выдавливающееся из трещины. Оно выпросталось из стены примерно на фут, высунувшись в воздух, как гигантский язык.

Ноэ вдруг осознала, что не было ни звука. Не было ни шелеста, ни скрежета, пока эта штуковина выскальзывала из стены. Только густая тишина, как будто звуков и на свете-то нет.