Подонки «Плени и Сломай» - Кейт Блейз Страница 28

— Кто ты? — прошептала она своему отражению.

Тишина.

Завтрак прошёл в тягостном молчании. Отец читал утренние молитвы, Кэтрин механически повторяла слова, но губы двигались отдельно от сознания. Пастор Мур то и дело поглядывал на неё поверх очков.

— Ты плохо спала, дочка? — спросил он, когда они сели за стол.

— Да, пап. Голова болела.

Он кивнул, принимая объяснение. Но взгляд его задержался на её лице чуть дольше обычного — будто что-то чувствовал, но не мог уловить.

Она выдавила улыбку и уткнулась в тарелку. Овсянка казалась безвкусной, кофе горчил. Каждый глоток давался с трудом.

После завтрака она мыла посуду, когда в дверь постучали. Сердце пропустило удар — а вдруг это он? Среди бела дня? Но это был Сэмюэль.

Он стоял на пороге с взъерошенными волосами и тёмными кругами под глазами — будто сам не спал всю ночь. Одет небрежно, что на него совсем не похоже.

— Кэти, — выдохнул он. — Можно поговорить?

— Сэм, я занята.

— Это важно.

Она вытерла руки полотенцем и вышла на крыльцо, прикрыв за собой дверь. Утреннее солнце било в глаза, заставляя щуриться.

Он смотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. Что-то в ней изменилось, и он это ощущал. Что-то неуловимое — в том, как она держалась, как смотрела, как молчала.

— Что случилось? — спросил он тихо.

— Ничего.

— Кэти, я же вижу. Ты... другая.

— С чего ты взял?

Он шагнул ближе, пытаясь заглянуть ей в глаза.

— Я знаю тебя всю жизнь. Я вижу, когда с тобой что-то не так.

Кэтрин отступила на шаг, скрестив руки на груди.

— Всё в порядке, Сэм. Просто устала.

— Это из-за него? — голос его дрогнул. — Из-за того парня?

Она промолчала. Этого было достаточно.

— Кэти, — он схватил её за руку, но она выдернула ладонь. — Он опасен! Я наводил справки. О нём такое говорят...

— Что говорят? — оборвала она холодно.

— Что он из тех, кому всё дозволено. Что он и его друзья... — Сэм запнулся, подбирая слова. — Кэти, он не из нашего мира. Ты губишь свою душу!

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает раздражение. Раньше она слушала Сэма, доверяла ему. Но сейчас каждое его слово вызывало лишь глухое сопротивление.

— Не твоё дело, Сэм.

Он отшатнулся, будто она ударила его.

— Как это не моё? Кэти, мы... я...

— Мы — что? — она говорила ровно, без злости, но каждое слово падало как камень. — Мы друзья, Сэм. Просто друзья. И я не обязана перед тобой отчитываться.

Он побледнел.

— Ты не понимаешь, что делаешь.

— А ты не понимаешь, что лезешь не в своё дело.

Она развернулась и ушла в дом, оставив его стоять на крыльце. Дверь захлопнулась с глухим стуком.

Прислонившись к ней спиной, Кэтрин закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле. Она только что отшила Сэма — Сэма, который был рядом всю её жизнь. И ей не было стыдно. Ей было почти всё равно.

В университете она искала его взглядом. Сама не понимая зачем, но искала. В коридорах, в столовой, в аудиториях. Его нигде не было. Мысли путались, лекции пролетали мимо.

А потом, уже перед последней парой, она вошла в аудиторию и увидела его.

Он сидел на её месте.

Рядом с тем стулом, где обычно сидела она. Когда она приблизилась, он поднял глаза и улыбнулся — той самой улыбкой, от которой внутри всё переворачивалось. Спокойной, уверенной, будто он имел полное право здесь находиться.