Убивать осознанно на краю земли - Карстен Дюсс Страница 28

— Так и есть. Но поведение второго китайца тоже не сильно облегчило работу уролога.

— Почему это?

— Потому что второй китаец заявил врачу, что любого, кто обронит хотя бы словечко о монтажной пене или об истинной причине госпитализации его коллеги, он убьет. Так же как и тех, кто сотворил с ним это. Кроме того, он хотел непременно рассчитаться наличными.

То, что китаец боялся потерять лицо, – это хорошо. А то, что он впал в ярость, – плохо. И я пока не понимал, что перевешивает.

— И что сделал коллега Лауры?

— Он взял деньги, удалил монтажную пену, выписал свидетельство о смерти от инфаркта, а затем рассказал каждому в клинике об этих двух китайцах с монтажной пеной. В том числе и Лауре.

— Стало быть, монтажная пена нигде официально не упоминается, а у Лауры появился еще один анекдот из неотложки. Так в чем проблема?

— У обоих китайцев классические татуировки триад.

— Китайская мафия?

Противное ощущение в желудке поползло вверх, и у меня пересохло в горле.

— Верно. И даже не абы кто. Ты помнишь номера комнат?

Как я мог забыть. Из-за всей этой вакханалии и путаницы с цифрами я запомнил их как нельзя лучше.

— Четыреста восемьдесят девять и четыреста девяносто восемь, так?

— Китайские триады присваивают своим членам номера. Каждый номер начинается с четверки. Глава одной из триад имеет номер четыреста восемьдесят девять.

— Номер комнаты жертвы путаницы?

— Точно.

— То есть мы ради забавы залили монтажную пену в задницу главарю одной из китайских триад?

— Ради забавы… и чтобы обозначить свое отношение к сексизму.

— Кажется, это удалось лучше всего. Выживший тип никогда больше не будет приставать к проститутке с причудливыми сексуальными желаниями – разве что потом убьет ее. Надеюсь, это также снимает и твои опасения, что мы могли бы оскорбить кого-то из китайцев триады на расовой почве, – заметил я, чтобы скрыть подступающую панику.

— Не все китайцы – члены триад. Это и в самом деле расистское предубеждение.

— Но все китайцы, кому мы вчера вечером преподали урок по сексизму, – члены триад.

— Это да.

— И что теперь это означает для нас? Насколько велика опасность, что китаец будет мстить?

— Пока довольно мала. Даже если бы он захотел – он просто не знает, кому мстить. Он не сможет связать все это с нами. Вальтер и Станислав были в масках.

— Два члена триады заказывают себе «девушек по вызову» в одной и той же эскорт-службе, а потом к ним являются одни и те же визитеры, двое мужчин в масках, и совершают над ними одно и то же сексуальное насилие. Тут не догадается только…

— Сексуализированное насилие, а не сексуальное, – поправил меня Саша.

Я взглянул на него, несколько сбитый с толку.

— Сексуальное… сексуализированное… Это разве не одно и то же?

— Нет. При сексуализированном насилии секс используется как инструмент для совершения насилия.

В этот момент я был не совсем уверен, действительно ли Саше нужно было проходить все эти курсы дополнительного образования.

— Как бы то ни было, – продолжил я, – полагаю, понадобится съесть не слишком много печенек с предсказаниями, дабы обрести мудрость и установить связь между эскортницами и парнями с монтажной пеной.

— Я уже проверил, – Саша попытался меня успокоить, – китайцы заказали Шайенн и Санди через консьержа. Так что этот китаец не имеет ни малейшего понятия, из какого агентства девушки.