Убить буржуев - Сандроне Дациери Страница 35

Пока он откручивает крышку второго, водитель открывает дверцу, чтобы взять бланки для заполнения при ДТП. Данте растягивается ничком рядом с носилками, пока водитель роется в бардачке, между делом болтая с Коломбой, которой удалось его охмурить.

— Да нет, это хорошая работа… – говорит он в ответ на какой-то вопрос, которого Данте не слышал. – Мы поддерживаем людей в самые тяжелые моменты, делаем доброе дело. – Судя по его тону, он, в свою очередь, пытается охмурить Коломбу, которая ему подыгрывает.

Водитель выходит и захлопывает дверцу фургона, отсекая дальнейший разговор. Данте поднимается на колени и открывает второй контейнер. Оттуда вырывается отвратительный запах начинающей разлагаться крови и фекалий. Данте, дыша ртом, отцепляет бочонок. Он переливает немного загустевшей крови в свой термос из-под кофе, и та забрызгивает ему руки и одежду. Преодолевая рвотные позывы, он закручивает термос, прицепляет бочонок на место, вылезает и закрывает дверцы. Затем, снова спрятавшись за мусорным баком, звонит Коломбе, чтобы дать ей понять, что все в порядке.

Она забирает свой экземпляр европротокола и сворачивает разговор с похоронщиками:

— Мне пора. Извините еще раз за неудобство.

— Ладно, – бормочет водитель.

— Вы не оставите мне свой номер? – разочарованно спрашивает его коллега.

— Как-нибудь в другой раз.

Фургон уезжает, и Данте садится в «Теслу», огорченно оглядев поврежденный кузов. На колесной арке осталась внушительная вмятина, краска ободралась.

— Твое агентство возместит мне ущерб?

— Сомневаюсь.

— Ты же знаешь, что я теперь беден.

— Разве ты недостаточно зарабатываешь на своих подкастах?

— Смотря что понимать под «достаточно».

— Точно. Тебе вечно мало…

От него разит смертью, и Коломба, опустив стекла, звонит Барт.

16

Барт не слишком радует перспектива исследовать кровь, попавшую в ее лабораторию черт знает откуда, и, по-хорошему, ей следовало бы сообщить обо всем властям. Но если просит Коломба, значит это важно, хотя Барт и предпочитает не знать подробностей.

— Меня за такое могут вызвать в суд, и я не хочу, чтобы мне пришлось лжесвидетельствовать.

Она осведомляется только о возрасте индивида и его состоянии на момент смерти. Коломба рассказывает ей то, что знает, и Барт заверяет ее, что результаты будут готовы через пару дней.

Затем, несмотря на протесты Данте, они заселяются в апарт-отель с террасой в миланском районе Бовиза, где их согласились принять, но без вычета предыдущего задатка. По сравнению с «Городскими джунглями» их вполне приличные двухкомнатные апартаменты кажутся убогим клоповником.

— К роскоши быстро привыкаешь, – вздыхает Данте, накачивая надувной матрас на террасе. Апартаменты находятся в бельэтаже, над парковкой здания. – И я, наверное, умру от выхлопных газов.

Ночью Коломба пытается написать отчет для «Crown», но в два часа сдается. Все эти домыслы и предположения похожи на бред сивой кобылы. Домыслы, изложенные в письменном виде, вызывают у нее, бывшей сотрудницы полиции, тошноту. Факты, факты и еще раз факты – остальное не имеет значения. Коломба выпивает пару бутылок пива на террасе, в кои-то веки поговорив с Данте на другие темы, кроме убийств, и забывается сном на слишком мягкой кровати, над которой висит большая семейная фотография владельца: заснеженный горный лес, мать, отец и двое детей в шерстяных шапках и с румяными щеками. Счастливая семья. Снимок навеял грусть, навел на мысли о том, чего у Коломбы нет и на что она уже перестала надеяться.