Подонки «Плени и Сломай» - Кейт Блейз Страница 36

Кейн заметил, как она дрожит. Испуганная, беззащитная — сейчас он для неё спаситель. Эта мысль мелькнула и исчезла, уступив место холодной сосредоточенности.

Сэм дёрнулся, но руки не разжал.

— Отпусти её, — повторил Кейн всё тем же ровным тоном. — Иначе я лично убью тебя и закопаю. И поверь, искать даже не начнут. — Он сделал паузу, и в этой паузе повисла такая угроза, что у Кэтрин мурашки побежали по коже. — Кети сказала тебе, что не хочет иметь с тобой ничего общего. Так что иди, Сэм на хуй.

Сэм побледнел. Его пальцы разжались сами собой, и он отступил на шаг, глядя на Кейна с неприкрытым страхом.

— Ты... — выдохнул он, но договорить не решился.

Перевёл взгляд на Кэтрин — и в нём было столько ненависти, что она пошатнулась.

— Молись, Кэти, — прошептал он зло. — Замаливай свой грех. А я расскажу пастору о твоём распутном поведении.

И, развернувшись, бросился прочь.

Кэтрин стояла, пытаясь переварить случившееся. Рука горела там, где его пальцы сжимали запястье — на коже уже проступали тёмные синяки. В голове крутились обрывки фраз — его, Сэма, снова его...

Кейн прижал её к себе. Крепко, надёжно, будто защищая от всего мира. Его грудь — твёрдая, горячая — прижалась к её спине, и она почувствовала, как соски затвердели, коснувшись ткани платья. На секунду она позволила себе расслабиться в этом тепле.

Он потянулся к её губам.

И она вырвалась.

— Что ты себе позволяешь? — Голос дрожал, но в нём звенела сталь. — Ты считаешь, что можешь то появляться со своими губами, а потом исчезать? Играть со мной в эти игры?

В глазах Кейна мелькнуло удивление. Он явно не ожидал такого отпора. Но вместе с удивлением в них читалось и что-то другое — удовлетворение.

Он шагнул ближе, взял её лицо в ладони — осторожно, почти невесомо.

— Кэти, мне нужно было разобраться в своих чувствах, — сказал он тихо, и его голос звучал так проникновенно, так искренне, что у неё перехватило дыхание. — Понять, чего я хочу на самом деле.

Она слушала, затаив дыхание. Слова, которые она так хотела слышать, лились в неё, согревая изнутри.

— Я понял, что мои мысли только о тебе. — Он говорил мягко, глядя прямо в глаза. — Я даже обратился к Богу. — Он сложил руки на груди в шутливом молитвенном жесте, но глаза оставались серьёзными. И где-то рядом, словно в подтверждение, мигнул и погас уличный фонарь, погружая их в полумрак. — И Он сказал мне, что мы созданы друг для друга. Поэтому, Кэтрин, я хочу тебя. Во всех смыслах.

Кейн заметил, как в её глазах мелькнуло сомнение. Он пережал. Но было уже поздно.

Кэтрин закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. Открыла.

— Ты серьёзно считаешь, что я в это поверю? — спросила она, и голос её звучал ровно, без надрыва. — Кейн, я верующая, но не идиотка. Да, я думала о тебе. Да, я переживала из-за того, как ты поступил. Но это не значит, что я поверю во всё, что ты тут наговоришь.

Он удивился. Это было видно — лёгкое движение бровей, тень, скользнувшая по лицу. Его актёрские навыки дали сбой, и она это заметила.

— Ты хочешь правды? — спросил он после паузы.

Она смотрела с недоверием, но кивнула.

— Меня тянет к тебе, — сказал он просто. — Безумно. Я хочу тебя. Вот правда. Этого достаточно?

Между ног у неё снова разлилось то самое тягучее тепло, которое она так старалась игнорировать все эти дни.