Убивать осознанно на краю земли - Карстен Дюсс Страница 43

Хоть мы и были чужими друг другу, но распрощались очень сердечно. С приветствием, которое в последующие недели прожжет мои барабанные перепонки: «Буэн Камино!»

Мой отель находился прямо напротив туристического офиса, но я хотел наконец в первый раз ощутить, каково это – бродить с рюкзаком по чужой земле. И вот я полчаса блуждал с полной выкладкой по незнакомому мне городу, который должен был стать отправной точкой путешествия, разрушительного для моего кризиса середины жизни.

Бродить с тяжеленным рюкзаком на спине и без причины откладывать заселение в отель – такого я никогда больше не буду делать на протяжении всего Пути Святого Иакова.

Шагая по улочкам Сен-Жан-Пье-де-Пор, я вспоминал последний тренинг у господина Брайтнера.

14. Вопросы

Если вы считаете, что жизнь задолжала вам ответ, то, возможно, следует начать задавать правильные вопросы.

Йошка Брайтнер. Тропой паломника в поисках себя

Мы с Йошкой Брайтнером, как обычно, уселись друг против друга в уютных вельветовых креслах.

— Давайте придадим более конкретную структуру принципу «вдохновение и медитация» для вашего паломничества, – предложил он мне.

— Чтобы заменить старый принцип «проблемы и напряженные раздумья»? Давайте. – Я был весь внимание.

— Ваша внешняя цель – Сантьяго-де-Компостела. Ваша внутренняя цель – найти себя.

— Значит, по ходу паломничества я буду медитировать в поисках ответа на вопрос «Кто я есть?» – проявил я неподдельный интерес.

— В принципе, да. Но если ответ так важен, то нам, наверно, стоит немного подумать о правильном вопросе.

— То есть?

— Вы адвокат по уголовным делам. Как это бывает в вашей области? Вы ищете неизвестного преступника. Вы что, просто задаете себе вопрос, кто этот преступник?

Я задумался.

— Сначала я задаю вопрос о мотиве. То есть почему этот кто-бы-он-ни-был совершил преступление?

— Отлично. Примените эту же технику к поискам самого себя. То есть спросите не «кто я есть?», а…

Я помедлил, задумавшись. А потом ответил, как неуверенный ученик, которому отчаявшийся учитель пытается вдолбить в голову основы арифметики:

— Почему я есть?

— Правильно. Найдите мотив, почему вы существуете. И тогда вы приблизитесь к пониманию того, кто вы есть.

— Почему я есть? Но это вопрос больше о смысле жизни, нет?

— Правильно.

— О смысле моей жизни или жизни вообще?

— А есть какая-то разница?

— Понятия не имею. Все люди наполняют свою жизнь по-разному.

— Отлично. Тогда у нас уже есть два вопроса. Что есть смысл жизни вообще? И что нужно вам для наполненной жизни?

Я нашел эту технику интересной – шаг за шагом приближаться к неизвестному ответу, меняя лишь формулировку вопроса. Правда, теперь у меня в голове сразу возник следующий.

— Мы исходим из того, что жизнь заканчивается со смертью или существует что-то после нее?

— Вы считаете, что есть жизнь после смерти?

— Я не знаю…

— Вы верите в Бога?

— Наверное… – Я попытался сам сформулировать следующие вопросы. – Тогда возникают еще два вопроса. Один о жизни после смерти. И один о Боге.

— Или совсем просто – один-единственный вопрос, третий: каково ваше отношение к смерти?

Мне понадобилось повторить мысленный путь, который мы только что прошли.

— Еще раз, помедленнее, я записываю. Чтобы избежать кризиса середины жизни, я должен подготовиться к вопросу: «И это все?» Для этого я должен задать себе вопрос, чего я, собственно, ожидаю от оставшейся части моей жизни. Но сначала мне придется как-то определить, кто я есть.