Убить буржуев - Сандроне Дациери Страница 49

Гленн срочно прилетает в Италию, чтобы дать новые показания судьям, и Коломба встречает его в зале ожидания частных рейсов в Линате. Напряженный, с неряшливо отросшей бородкой, он нервно сжимает и разжимает кулаки. Его телохранители тоже выглядят нервными, точно скаковые лошади, почуявшие настроение жокея.

— Ты предупреждала о возможных последствиях, – говорит Гленн. – Но такой катастрофы я не ожидал.

— Следствие идет полным ходом. Что бы ни заявлял магистрат, полицейские знают, что в этом деле что-то нечисто.

— И как ты поступишь, если они ничего не найдут?

— Продолжу расследование.

Гленн вздыхает:

— Совет директоров рекомендовал мне не раздувать шумиху. Даже мама говорила, чтобы я был осторожен. Думаешь, я зря это затеял?

— Поиски убийцы своего брата? Как это может быть зря?

— Если никакого убийцы нет или его не вычислят, я наврежу компании и угроблю свою репутацию. Ты можешь гарантировать, что этого не случится?

— Я могу только подтвердить, что ты поступаешь правильно. Я действительно так считаю.

— Спасибо, мне нужно было это услышать, – устало улыбается Гленн и уходит к телескопическому трапу.

Вернувшись в Рим, Коломба приезжает к Данте с лицом, на котором написано: «Я отчаянно нуждаюсь в порции „Barrel Aged“», и они смотрят все новые серии «Бриджертонов».

— По-твоему, мы напрасно заварили эту кашу? – спрашивает Коломба.

— Такой риск есть всегда, но думаю, что нет. Когда пинаешь осиное гнездо, обычно что-нибудь да происходит.

Данте оказывается прав: в час ночи Коломбу будит звонок мобильника. Чья-то ассистентка звонит ей из Токио и тут же переключает ее на свою начальницу.

— Меня зовут Кристина Ринальди Моретти, – говорит хриплый женский голос.

С Коломбы мигом слетает сон.

— Дизайнер Кристина Ринальди Моретти? – Коломба видела одежду от CRM только в витринах, красивую и неподъемно дорогую.

— Портниха, швея, называйте меня как хотите. Новость о смерти Хесуса дошла сюда с опозданием и в слегка сумбурном виде, но я знаю, что это вы занимаетесь расследованием.

— Я и полиция, – подчеркивает Коломба.

— Я пока не хочу с ними связываться. Я хочу поговорить с вами.

— Слушаю.

— У меня скоро самолет, и завтра днем я буду на съемках в своем Maison[20] в Монтелупо-Фьорентино. Увидимся там завтра в три. Я внесу вас в список приглашенных.

Моретти кладет трубку, принимая согласие как данность, а Коломба ворочается в постели до восьми утра. Ей хочется расспросить Гленна, но она предпочитает его не беспокоить. Вместо этого она звонит Мари, которую тот оставил в Италии разбираться с бюрократическими формальностями.

— Лет пять-шесть назад, точно не помню, госпожа Ринальди и господин Мартинес близко общались.

— А что случилось потом? Они поссорились?

Коломба задает этот вопрос самым теплым тоном, но бывшая ассистентка Хесуса несколько секунд медлит с ответом.

— Кажется, да, но он никогда со мной это не обсуждал.

— И даже не намекал?

— Это было связано с бизнесом. Кажется, господин Мартинес предложил ей сделать какую-то инвестицию, а она отказалась.

— Какого рода инвестицию?

— Не знаю. С тех пор прошло несколько лет, и о госпоже Ринальди действительно никогда не заходил разговор.

«Странно», – думает Коломба и, выйдя на террасу, рассказывает все Данте.

— Тебе и в самом деле стоит поговорить с Ринальди, – заявляет он. – У меня есть пара неплохих пиджаков ее бренда.