Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Олег Рой,Сергей Давиденко Страница 56

— Закрой свой грязный рот! — взъярился Якоб. Его глаза налились кровью; слова этой изможденной, но не сломленной женщины больно хлестнули по его самолюбию, словно крапивой по открытой ране. — Заткнись, или я изобью тебя ногами до смерти!

С невероятным трудом Ильзе заставила себя улыбнуться.

— Ты этого не сделаешь. Потому что я нужна живой Хабеккеру. Если ты убьешь меня, у тебя будут очень серьезные неприятности.

Якоб вскочил со стула, его отталкивающее лицо полыхало от ярости.

— Ты… — прошипел он, замахиваясь палкой, но в эту секунду отворилась дверь, впуская в камеру нового вахтмана.

Замолкнув на полуслове, Якоб опустил палку.

— Вот и новая смена пожаловала, — проговорил он с явным неудовольствием. Было видно, что избивать Ильзе в присутствии коллеги ему не хотелось. Он прислонил палку к стулу и направился к выходу. У самой двери Якоб остановился, окинув Ильзе ненавидящим взглядом: — Я иду спать, подстилка. А ты продолжай стоять. Увидимся сегодня вечером.

— Всего хорошего, — спокойно отозвалась Штебе.

Якоб ушел, а новый вахтман, пытливо взглянув на Ильзе, сел на стул. На палку он даже не посмотрел.

Некоторое время в камере царила напряженная тишина. Ильзе прилагала все усилия, чтобы не сползти вниз, но уставшие ноги онемели и почти не слушались ее. Штебе не отпускало чувство, что еще немного, и она попросту потеряет сознание, рухнув на бетонный пол.

Новый вахтман молча смотрел на арестованную, которая, покачиваясь, стояла у стены. У охранника были продолговатое лицо и узко поставленные глаза, но при этом в них не было той испепеляющей злобы, присущей Якобу. Взгляд мужчины был усталым и немного отстраненным, словно ему приходилось ежедневно проделывать нудную работу, которая не приносила ничего, кроме апатии и раздражения.

— Вы можете сесть на свою койку, — неожиданно сказал вахтман, и Штебе изумленно уставилась на него. Ей показалось, что она ослышалась. Неужели этот худощавый охранник не оговорился?..

Словно в доказательство своих слов, вахтман указал жестом на кровать, и Ильзе отлипла от стены, волоча распухшие ноги. Несколько шагов до койки показались ей многокилометровым марафоном, но она осилила их.

— Вы молодец, — сказала Лора, но вахтман не удостоил взглядом новую арестантку.

«Спать, — как в тумане крутилось у Ильзе в голове. — Спать, спать… Разрешит ли он мне вздремнуть хоть несколько минут?!»

Узнать это ей не пришлось — как только Штебе легла на кровать, ее веки сомкнулись, и она мгновенно забылась крепким сном.

Вахтман наконец посмотрел на Лору.

Лицо женщины приняло безучастное выражение, а глаза источали холод. Усмехнувшись, она отвернулась.

Вечером странный вахтман разбудил Ильзе.

Она мгновенно села, протирая глаза.

— Вам надо поесть, — сказал он и указал на миску, стоявшую возле кровати. — Ужин, правда, остыл, но я не стал вас будить.

— Я не верю своим глазам, — промолвила Штебе, наклоняясь за миской. — Такое впечатление, что я для вас приятельница, а не арестантка, за которой следует строго надзирать. Более того, мне нельзя присесть или прилечь. Но вы разрешили мне не просто лечь на койку, но даже уснуть. Можно узнать, чем я заслужила такую привилегию?

Охранник пожал плечами. Казалось, вопрос даже удивил его.

— Мне просто стало вас жаль, — ответил он.