Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Олег Рой,Сергей Давиденко Страница 57

Ильзе улыбнулась, но ответной улыбки не последовало. В глазах надзирателя сохранялась отчужденность, будто он чувствовал себя не на своем месте.

— Вас не накажут за то, что вы сделали мне поблажку? — спросила Ильзе.

— Нас здесь никто не проверяет. Разве что Якоб, который сменит меня, — он задрал рукав, посмотрев на часы, — через пять минут. Поэтому я советую вам встать. Он не должен видеть вас сидящей на кровати.

Ильзе послушно слезла с койки. К счастью, за эти драгоценные часы, подаренные ей для спасительного сна добросердечным охранником, она отчасти восстановила свои силы. Ильзе надеялась, что их хватит, чтобы продержаться то время, пока будет смена этого садиста Якоба.

— Как вас зовут? — спросила она.

— Дильс, — коротко ответил он.

Повисла неловкая пауза, которую поспешила нарушить Ильзе:

— Завтра вы также придете сменить Якоба?

Дильс кивнул.

— Мне жаль, что вам попался такой вахтман, — сказал он. — Не держите зла на него. Его никто не любит в нашем отряде.

— Даже невооруженным взглядом видно, что его пожирает изнутри собственная злоба, — произнесла Ильзе, отходя к стене. — Я не удивлюсь, если предположу, что он ненавидит всех, кого только можно. Начиная от меня и заканчивая Господом.

Дильс ничего не ответил, а лишь печально смотрел на женщину. Только сейчас Штебе обратила внимание, что койка Лоры пуста.

— Где моя соседка?

— Ее увели на допрос.

— В такой час? — удивилась Ильзе.

Дильс снова пожал плечами. Похоже, этот жест у него давно вошел в привычку.

— Вы добрый человек, — снова заговорила Ильзе. — Простите за неуместный вопрос — как вы очутились здесь? Зачем выбрали такую работу?

Впервые за все время губы надзирателя тронула улыбка.

— Мой отец работает в гестапо. Правда, в архиве, документы перебирает… — пояснил Дильс. — Однажды он решил, что здесь мне самое место. Я не стал спорить. К тому же мне не пришлось идти на фронт.

Помедлив, он добавил:

— Я не хочу участвовать в войне.

— Дильс, но… вы меня извините, но вы не похожи на человека, который уверен в том, что он занимает именно то место, которое ему предназначено судьбой.

Дильс снова пожал плечами.

— Для меня это просто работа, вот и все. Работа, которую я должен выполнять.

— Палач тоже выполняет свою работу, — тихо сказала Ильзе.

Вахтман промолчал. Уже у самых дверей он обернулся:

— Будьте осторожны с этой женщиной. Я имею в виду вашу соседку.

Штебе вздохнула и прислонилась к стене.

— Я уже обо всем догадалась, Дильс. Полагаю, она ваша коллега, так?

Глаза надзирателя расширились.

— Откуда вы знаете?

— До этого момента я только предполагала, а теперь вы подтвердили мои подозрения. Ну, во‐первых, она совсем не выглядит как продавец рыбы, Лора слишком ухоженна для этого. Если бы она занималась рыбой, ее руки выглядели бы совершенно по-другому. Во-вторых, ее выдал чрезмерный интерес к моей персоне. Человек, который попал в застенки гестапо, перво-наперво будет думать о себе, а не совать свой любопытный нос в чужие дела. В-третьих, она уж слишком вольно вела себя с Якобом. Я поняла это по тому, как эта парочка обменивалась взглядами. И еще… Гестапо не церемонится с задержанными, а у этой Лоры даже воротник не порвался. Ни единого синяка, ни царапины…

Она умолкла, услышав, как заскрежетал ключ в замке.