Убивать осознанно на краю земли - Карстен Дюсс Страница 68

Пока что он не установил связи между мной и письмом, подписанным ложным именем. Кроме того, в письме я умолчал о своей профессии. Но прочитанное Кладди все равно могло представлять для меня большую угрозу. В конце концов, письмо было написано от первого лица и моим почерком.

— Вы вскрывали письма паломников? – возмутился я.

Он помахал указательным пальцем перед моим лицом, как будто поймал меня с поличным.

— Ах, смотрите-ка. Вы знаете, какие письма я имею в виду!

Черт. Так он может догадаться, что и я написал письмо паломника. Но, похоже, пока еще эта мысль не пришла ему в голову.

— Это же… – Я не находил слов.

Он поднял руки, защищаясь:

— Кража? Ерунда. О краже не может быть и речи. Все письма я потом обратно кладу в почтовый ящик. После того как сфотографирую. Они же не запечатаны, а просто сложены.

Он похлопал себя по нагрудному карману рубашки, в котором, очевидно, лежал его мобильник.

— Я… значит… – На самом деле я не знал, что сказать.

В нагрудном кармане моего соседа по столу находилась фотография признания. Написанного моим почерком!

— Эй, – осадил меня Кладди. – Что ж ты так волнуешься? Там не было письма Бьорна Димеля. К тому же я умею держать язык за зубами. Я занимаюсь этим уже четыре года и еще ни разу никого сознательно не скомпрометировал. До сих пор все платили вовремя.

Моя ярость перешла в страх, который тут же превратился в дикую панику.

— Ты это о чем? За что платили?

— Скажем так. Сколько бы стоило этому австралийцу, чтобы я не пересылал его паломническое письмо его пока-еще-жене?

— Ты шантажируешь паломников?

Кладди снова поднял руки, защищаясь:

— Я тебя умоляю. Я предлагаю человеку услугу ради его душевного спокойствия. Хороший сервис должен хорошо оплачиваться. А мне приятнее паломничать с этим небольшим приработком. Представляешь, сколько будут стоить восемь покойников?

Мое письмо паломника, задуманное как капсула времени из тяжелого настоящего в свободное будущее, грозило превратиться в бомбу замедленного действия. Бомбу, которая со взрывной силой прошлого может сдетонировать в настоящем и разнести мое будущее на куски. И все это из-за сидящего рядом со мной человека.

Прежде чем я смог произнести хоть слово, мне пришлось взять под контроль свои жизненно важные функции.

К этому времени у меня имелся достаточный опыт осознанности, чтобы даже в окружении других людей, совершенно незаметно для них, выйти из стрессовой ситуации.

Я попробовал выполнить упражнение Йошки Брайтнера против панических атак:

«Сконцентрируйтесь тремя разными органами чувств на том, что вас сейчас окружает. Начните с ног и ощущения почвы, на которой стоите. Затем подключите еще два органа чувств. Опишите для себя самого, что именно вы воспринимаете. Вскоре вы заметите, что и восприятие собственной паники у вас изменится».

После душа я сменил бундесверовские ботинки на вторую пару паломнической обуви – пляжные шлепанцы. Я выскользнул из шлепанцев и поставил ступни в одних носках на холодную каменную плитку, чтобы почувствовать пол под собой.

Прохладный. Твердый. Шершавый.

Я поднес бокал с вином ко рту и сделал вид, что пью. На самом же деле я пытался незаметно задействовать еще два органа чувств.

Сначала обоняние: я ощутил аромат плотного деревенского вина.