Последний день года - Лена Обухова Страница 69

— Ты считаешь, это кто-то из нас? — напрямик спросил Павел. — Кому из нас могло понадобиться убивать их? За что?

Морозов оставил этот вопрос без ответа и перевел взгляд на Веронику.

— Вы знали о любовной связи вашего мужа с Женей?

К ее чести, она не стала разыгрывать удивление или возмущение. Только резко набрала в грудь воздух, как человек, внезапно почувствовавший удушье.

— Я подозревала, что у него снова кто-то есть. Знаете, я всегда довольно быстро это понимала. Не потому, что я такая внимательная. Марк никогда особо и не скрывался от меня. Думаю, он получал удовольствие не только от своих интрижек, но и от моего бессилия что-либо с ними сделать.

— Хотите сказать, что не знали, с кем именно у него роман? — уточнил Морозов.

— Не знала… до минувшей ночи. Полагаю, вы их тоже слышали, поэтому глупо отпираться. Правда, поначалу я все равно не была уверена, с кем именно. Было два варианта: Женя или Даша.

— Я? — возмущенно переспросила Дарья. — Да что ж это такое?! Почему все подозревают, что у меня мог быть роман с Марком?..

Морозов удивленно покосился на нее. Интересно, кто это — все? Он и Вероника? Однако спросить он ничего не успел.

— Можно подумать, на это причин нет, — фыркнула Олеся, едко усмехнувшись. — Не то чтобы ты когда-нибудь отличалась щепетильностью в подобных вопросах.

— Что вы имеете в виду? — ухватился за ее слова Морозов.

Дарья и Олеся не слишком дружелюбно переглянулись, а потом отвернулись друг от друга.

— Не важно, — проворчала Олеся.

— Сейчас все важно, — возразил Морозов, выжидающе глядя на нее.

— Тогда пусть сама рассказывает.

— Я не собираюсь повторять дурацкие сплетни про меня, — отрезала Дарья.

Никто из них так и не развил тему, и Вероника продолжила свою мысль:

— Когда вы ночью пришли на кухню, я поняла, что с Марком Женя: вы не искали Дашу и очень удивились, увидев меня. Значит, Даша в тот момент спала в своей постели, а вы были уверены, что с Марком в мансарде я.

— И что вы почувствовали в тот момент?

Вероника пожала плечами. Сейчас она вела себя очень спокойно и даже немного заторможенно. Вероятно, приняла что-то успокоительное и оно наконец подействовало.

— Сочувствие. К Грише. Он этого не заслужил. Все-таки лучше бы это была Даша. Она хотя бы свободна…

— Что значит — свободна? — снова возмутилась Дарья. — Я с Олегом!

Вероника как-то странно посмотрела сначала на нее, потом — на него, и слабо улыбнулась.

— При всем уважении, вы едва появились в ее жизни и в нашей компании, — пояснила она свои слова. — Даже если у вас все серьезно, Гриша мне ближе.

Морозов кивнул, не сдержав ответной улыбки. Почему-то ее объяснение показалось ему лишь полуправдой. Однако он не стал допытываться дальше и перевел взгляд на Григория.

— А ты что скажешь?

— О чем? — глухо спросил тот, не поднимая головы.

— О связи твоей жены и Марка. Ты знал об этом?

Григорий резким движением протер глаза, шмыгнул носом и только теперь посмотрел на него, подперев руками подбородок. Взгляд его выглядел довольно агрессивно.

— Ты уже спрашивал, я уже ответил, — процедил он. — Что ты хочешь еще услышать?

— Неужели даже подозрений не было?

— Да даже если бы и были… Даже если бы я точно знал… — Он осекся, кажется, испугавшись, что голос может подвести. С трудом сглотнул, откашлялся и снова шмыгнул носом. — Зачем мне убивать лучшего друга и любимую жену?