Западная суть, Восточное начало - Алина Устинова Страница 75

Филин пыталась вслушиваться в их беседу, но уже не могла уловить нить происходящего. Она заметила, что с самого начала их переговорного процесса Пол очень странно на неё смотрит. С жалостью и виной на лице. Он бросал на неё мимолётные взгляды, когда она молчала, будто проверяя, что с ней всё в порядке. Думал, что делал это незаметно. Но она всё видела и чувствовала. Каждый раз.

— Руанда? Почему Руанда? – Станислава заставила себя вновь включиться в беседу.

— Географически близко, но не граница. Символически это было бы тоже приемлемо, кстати, – ответила Анастасия.

— И нас устраивает с точки зрения безопасности, – сказал Лерой.

— И идеологически, – уже тише дополнила Амурсанаева. Остальные промолчали.

— А кто будет договариваться?

— Как уже и обговаривалось ранее, мы предлагаем передать основную роль и инициативу ООН, – наконец, сказала Станислава, на что Лерой поморщился. – Нам кажется это закономерным и правильным. Если вы предлагаете Руанду в качестве площадки, то вы тогда и договоритесь с ней о выдвижении инициативы переговоров от ООН?

— А зачем мы сразу выносим это в мир? Может, сделать через Африканский союз? – спросил Пол.

— К сожалению, это не предоставляется возможным. Африканский союз приостановил членство Мафазиму в организации. Макамбо вообще против их участия, но мы обсудили это с АС и договорились, что они смогут участвовать при двух условиях: не делать острых политических заявлений и в случае успешных переговоров восстановить членство Мафазиму в Союзе, – объяснила Станислава.

— Мы так понимаем, что нажаловались соседи. Сказали, мол, там военная хунта, никто никого не выбирал. Хотя с момента последних выборов в Мафазиму сменились три президента. И хоть бы один провёл выборы.

— А кто виноват в том, что в Мафазиму чрезвычайное положение из-за холодной гражданской войны? Вы думаете, «Всерадетель» просто так появился? – начал возмущаться Лерой.

— Действительно, кто виноват? – с претензией спросила Анастасия, явно намекая на своих собеседников.

— Это уже неважно, – Филин выдохнула. – В общем, Африканский союз не вариант. Они будут участвовать как наблюдатели, как и ООН. Основная инициатива от Руанды и…

— И от вас, – прервал её Пол. – Как постоянного члена Совета Безопасности. Это будет приемлемо. Я просил Лероя представить эту идею вашей советнице.

Станислава вглядывалась в его лицо и не могла понять, кто стоит за этой идеей: Пол Блэквелл, Оливер Уотерс, Канада, США? Почему запросить заседание не может Руанда, как и мирный саммит? Что она вообще делает на этих переговорах?

— Это бы легитимизировало ваше присутствие без прямого указания на то, что вы в чём-то здесь участвуете. В Мафазиму произошла трагедия, все её осудили, прошло какое-то время, вы обсудили ситуацию с Макамбо и решили, что она требует кардинального решения. Договорились с Руандой, нейтральным наблюдателем, о проведении переговоров между оппозицией в лице «Всерадетеля» и правительством в лице Макамбо.

— Это всё красиво, конечно, но вы что там забыли в таком случае?

— Мы будем выбраны независимым наблюдателем от международного сообщества. С этим Макамбо спорить не сможет, он несколько романтичен в отношении международных организаций и мнения большинства. Таким образом, официально вопросы ТНК будут в контексте решения всего кризиса в стране, как один из аспектов, но не самый важный. Макамбо не обязательно терять свою репутацию жёсткого лидера с национализацией, а вам – признавать выгодный обмен этих переговоров на санкции. Способы решить эти вопросы тайно для общественности… есть, – Пол хитро улыбался, явно восхищаясь собой и своими гениальными идеями.