Западная суть, Восточное начало - Алина Устинова Страница 76

— Вы, конечно, уже придумали, как и ваш визит сюда объяснить.

— Как и условились ранее, на пресс-конференции мы с вами расскажем о путях возобновления диалога России и Запада, что мой приезд – это первый шаг, работаем, всем надо жить мирно, конфронтация никуда не ведёт и бла-бла-бла. Нам просто нужен кто-то, кто задаст вам вопрос про Мафазиму. У вас же есть кому его дать? – канадец посмотрел на Анастасию, а та начала разыгрывать сцену удивления с пожиманиями плеч и разводами рук. – Вот и отлично. Свой ответ вы знаете: Сесиль Макамбо попросил вас помочь с ситуацией в стране. Идёт работа над мирным саммитом в Руанде. Я удивлюсь и скажу что-то вроде: «Это отличная инициатива, и я восхищен, что президент России участвует в таком сложном процессе, который нужен региону. Канада сама заинтересована в том, чтобы помочь такой благородной цели, если это возможно. И мы обсудим это с ООН». Через пару недель мы официально присоединимся к процессу. Неофициально – сами понимаете.

У Блэквелла было очень выразительное лицо, когда тот понимал, что придумал нечто неоспоримое и вполне себе достойное. Станислава была уверена, что он жаждал услышать аплодисменты именно в этот момент и получить какую-нибудь статуэтку, где было бы написано «посредник года по версии всей планеты». Возможно, в кармане у него уже лежала бумажка с заготовленной речью с благодарностью, конечно же, себе.

Филин ухмыльнулась и задумалась. Конечно, в его словах было благоразумие, как и холодный расчёт. Нельзя было отрицать заманчивость его плана, ведь все получали то, что хотели: кто тайну, кто гласность, кто более материальные призы. Она начала понимать, почему его решения кризисов с развивающимися странами были столь соблазнительны. Почему многие попадались. Всё на бумаге выглядело притягательно, а главное – очень просто.

Очевидно, что от Мафазиму напрямую зависел второй шаг переговорного процесса по диалогу с Западом. Таким образом убивали двух зайцев, а Канада получала двойную дипломатическую победу: сначала она предотвращала войну региональную, потом – глобальную. И для мира это были не слишком связанные события. Великие миротворцы.

— Мы подумаем, – сказала Анастасия, чтобы прервать звенящую тишину.

— Конечно, – довольно сказал Пол. – Времени у нас с вами, впрочем, не так много. Завтра пресс-конференция.

— Угрожаете? – прошептала Станислава и улыбнулась.

— Напоминаю.

— В любом случае сыровато. Мы внесём пару изменений и штрихов, – заключила Филин, передавая Анастасии бумагу с надписью «обговори с МИДом», на что та кивнула. – Ну что ж, господа, тогда мы на сегодня закончили?

Все участники переговоров встали со своих мест и начали двигаться в сторону выхода, как внезапно Лерой робко спросил:

— А как же Геннадий Левашин и его участие?

Все головы тут же повернулись в его сторону.

— А у вас есть какие-то бизнес-интересы, господин Макферсон? – Станислава не верила своим ушам, что сегодня поймала удачу за хвост.

— Нет, но он же тоже там.

— Господин Левашин – известный бизнесмен. Он развивает свои проекты по всему миру, в том числе в Африке. Мы не указываем своим бизнесменам, как и где вести бизнес, у нас всё-таки не диктатура, – Станислава наигранно улыбалась. – Но уверена, если у вас есть что ему предложить, он с радостью обсудит это с вами. Он человек открытый, увлечённый, любит новые идеи.