Глубина - Крейг Дэвидсон Страница 85

Клэйтон тонко улыбнулся.

— Ты лжешь лучше, чем раньше. Отдаю тебе должное.

Братья молча смотрели друг на друга; морская свинка царапалась в холодильнике.

И тут Люк вспомнил о ноутбуке Уэстлейка.

— Твой коллега, доктор Уэстлейк, сказал, что в станции есть дыра. В его лаборатории.

В голосе Клэйтона звучало презрение.

— Уэстлейк это сказал? Какой шок. Он сошел с ума. «Чокнутый, как беличьи какашки», как сказала бы наша дорогая мать.

Послушав записи Уэстлейка, Люк не собирался спорить с тем, что этот человек сошел с ума. Но, проведя совсем немного времени на борту «Триеста», Люк не собирался винить его. Он рассказал брату о звуковых файлах. Об испытаниях. Об Уэстлейке и дыре.

— Насчет этих файлов, Лукас, – сказал Клэйтон, не скрывая нетерпения. – Признайся, ты слышал на записи что-нибудь, кроме голоса самого Уэстлейка?

— Там были… какие-то постукивания.

— Постукивания. Класс.

Люк удержал на языке резкий ответ. Разве он сам не отвергал утверждения Уэстлейка всего несколько часов назад? Не высмеивал их, как сейчас высмеивает Клэйтон?

— Почему бы нам не послушать их? Ты сам расскажешь мне, что слышишь.

Люк был уверен, что Клэйтон тут же откажется от предложения, но тот удивил брата, коротко кивнув и сказав:

— Хорошо. Я согласен. Покажи мне их.

6

Главная лаборатория была пуста.

— Эл? – позвал Люк. – Эй, Эл!

Во всех проходах, что вели в помещение, было тихо. Сколько они пробыли в лаборатории Клэя? Меньше получаса? Люк теперь чувствовал себя предателем из-за того, что оставил Эл здесь одну, но он не смог бы попасть в святая святых брата другим способом.

Его уши уловили гул, все еще идущий из-за двери Уэстлейка. Звук нарастал и убывал – аудиальный эквивалент волн, разбивающихся о берег.

— Ты уверен, что эту дверку не отпереть? – уточнил Люк у брата.

Клэйтон покачал головой.

— Доступ защищен паролем. Все эти кабинеты – бастионы конфиденциальности. Если мы хотели поделиться исследованиями, то собирались здесь.

Люк отвернулся от лаборатории Уэстлейка; она продолжала оказывать на его чувства и мысли неприятное воздействие. Какие-то фантомные пальчики щекотали ему лоб, методично ища подход к мозгам.

Он взглянул в смотровое окно: море за ним было все таким же бескрайним и давящим. Оно напоминало самый большой подвал в мире… подвал самого мира. Тут запросто оживал страх ребенка перед подвалами и катакомбами: так легко потеряться в темноте – и стать добычей для существ, способных обитать в этой негостеприимной атмосфере.

— Включи свет, пожалуйста, – попросил Люк.

Клэйтон врубил прожекторы; на двадцать ярдов морского дна пролился бледный огонь.

Что-то снова трепыхнулось на краю светового пятна. Вздрогнуло – и пугливо отпрянуло во мрак. Но это всего лишь мираж, верно? Когда ты тыкаешь улитку палкой, она прячется в свою раковину. Существа реагируют так, когда им дискомфортно или страшно.

Но существа, населяющие огромное море за окном, не были напуганы; Люк был уверен в этом. Если они вообще были там, если они не являлись просто выдумками его перегретого мозга, то они просто отступили – какие-то полосы темной материи, колеблющиеся в воде, – потому что на данный момент предпочли остаться скрытыми.

— Глубина не так опасна, – услышал он тихий голос Клэйтона, – если ее уважать.