Роман Марсо Миллера - Марсо Миллер Страница 97

— Вы больной, Дельмас, и ошибаетесь по всем пунктам!

Прокурор сухо вмешался:

— Довольно. Мне нужно точное описание всех фактов и обстоятельств гибели. Истину будем устанавливать позже. Когда у нас на руках будут необходимые улики для предъявления обвинения.

Преступник был сейчас среди нас? Или, может, прятался где-то рядом, в лесу? И подчищал за собой следы? Прокурор и Дельмас о чем-то разговаривали с экспертом и альпинистом, остававшимся внизу.

Карен, похоже, хотела подойти ко мне, но я отвернулась. И не по тем причинам, о которых она подумала. Всему свое время. Как же все было запутанно, как больно!

Кажется, моей последней опорой остался Алексис. Я думала, что эта реконструкция мне поможет, но стало еще хуже. Она придала сил чудовищу – моему пробудившемуся кошмару. Почему он так упорно преследовал меня? С таким остервенением? Зачем? Мне хотелось выбросить все из головы, пока это не закончилось еще хуже.

41

Дельмас приказал своим людям собирать оборудование. Все снова спустились туда, где были припаркованы внедорожники – как можно ближе к месту преступления. Прокурор уехал первым. Альпинистов тоже отпустили. Я переглянулась через стекло с Рейно, сидевшим сзади в полицейском автомобиле. Срок его задержания еще не истек. Мне было привычнее видеть его спереди, за рулем, на заднем сиденье возили подозреваемых и преступников.

Карен сделала вторую попытку подойти. На этот раз я демонстративно посторонилась. Роллен схватил ее за локоть и открыл центральный замок автомобиля. Сегодня мои дети должны были остаться у нее. И переночевать там, в компании Зоэ. Мне подсказал эту идею Алексис: реконструкция преступления могла оказаться тяжким испытанием. Он даже не представлял себе насколько.

Именно он ободряюще положил мне руку на плечо. Мне не хватило сил ни сбросить ее, ни прижаться к ней щекой. Я ничего не соображала.

— Что могло бы тебя отвлечь, прямо здесь, прямо сейчас? – спросил он.

Я была не в состоянии принять решение, даже сиюминутное, чтобы освободиться от свинцовой тяжести, которая грозила меня раздавить.

— Я не знаю… Думаю, лучше мне остаться одной.

— Сара, возможно, это не самая удачная мысль…

Я сделала глубокий вдох:

— Мне это необходимо. Побыть одной, прямо здесь, прямо сейчас.

Он сокрушенно кивнул и пошел к внедорожнику, который на этот случай взял напрокат. Вскоре он уехал, замыкая кортеж машин, а я не шевелясь смотрела им вслед.

Потом развернулась. Природа вновь вступила в свои права. Все успокоилось, ни одна живая душа больше не нарушала покой этих мест.

Обессилев, я опустилась на пассажирское сиденье своего пикапа и немного откинула спинку. Дверцу оставила открытой, словно приглашая природу разделить со мной одиночество. На склоне дня ветер с альпийских лугов с нежной заботой гладил мое лицо. Я закрыла глаза, чтобы мои чувства постепенно открылись миру, в котором я очутилась. Смолистый запах елей смешивался с ароматом синей горечавки, рассеянной по склонам. Я ощущала в воздухе легкую хвойную кислинку вековых лиственниц, и пока лучи уходящего солнца еще нагревали известняк скалы, до меня долетал типичный для гор запах камней. Желтоклювая альпийская галка испускала характерные короткие и однообразные, с металлической ноткой крики, отражавшиеся от скал. Эхо терялось вдалеке, поглощенное лесом. Шелест альпийских трав одурманил меня и напомнил о том, как я пряталась в детстве на высокогорных лугах, ощущая трепетное касание длинных стебельков.