Одержимые - Витольд Гомбрович Страница 129

Но полицейский, стоявший на посту под окном, крикнул:

— Есть четкие следы! Кто-то убегал!

Комиссар вышел на улицу, а через мгновение вернулся. Лицо его выражало удивление.

— Есть следы шагов от калитки к окну и обратно. Тут не может быть двух мнений! Они совсем свежие.

Маркиза моментально пришла в себя.

— Как это? Есть следы? – спросила она.

— Отчетливые. От калитки к окну.

— Этого не может быть! Окно было закрыто! Это чепуха!

Она выбежала из дома, прежде чем кто-либо успел ее остановить. Но даже отчетливые следы на земле ее не убедили.

— Этого не может быть! – истерично кричала она. – Исключено! Я вам говорю, что окно было закрыто! Дядя всегда закрывал окно на ночь. Это какое-то совпадение! Может, вчера здесь кто-то ходил! Проверьте!

Приехал следователь и еще раз все изучил.

— Это не подлежит сомнению. Кто-то влез в окно, – постановил он. – Вот, на полу тоже есть следы ног.

Тут маркиза умолкла. Смерть Малиняка являлась для нее ужасной катастрофой, ибо она знала, что покойный ничего ей не оставил. К тому же получалось, что Майя, казалось бы уже поверженная окончательно и бесповоротно, снова выйдет сухой из воды!

С заплывшим глазом, в узорчатом желто-зеленом халате, маркиза впала в какое-то оцепенение и лишь время от времени криво усмехалась.

Следователь же внимательно оглядел подушку под головой Малиняка и тихо произнес:

— Посмотрите! Очень странно! Видите, голова вдавлена в щель между подушкой и стеной. Как будто убийца прятался под кроватью и оттуда тянул за удавку.

— Чушь! – ответил комиссар и тут же добавил: – До чего странное убийство! Где это видано – душить удавкой? Может, он сам?..

— Нет! Его явно задушили.

— Из-под кровати?

Губы трупа почти совсем почернели. Оба отвернулись, чтобы не видеть этого. Комиссар заглянул под кровать и вытащил оттуда носовой платок, упавший с кровати на пол.

— А может, этот платок его задушил? – с иронией спросил он. – Только он и был под кроватью!

Майю отпустили, подробно допросив. Но, когда она вышла из дома, ноги у нее подкосились. Девушка была совершенно измучена, почти в полуобморочном состоянии.

Лещук? Что сталось с Лещуком? Как он мог это сделать? – вот единственная мысль, которая билась в ее мозгу.

Зачем? Почему? Как? Ах, значит, он – чудовище! А она, которая ему помогла? Предоставила возможность? Они вместе, вместе…

Увидеться с ним? Нет, нельзя! И все же он сделал это! Сделал!

…Лещука она в пансионе не застала. Ей сказали, что он не появлялся там с вечера.

Майя поехала в Варшаву. Там она его тоже не нашла. Два дня девушка провела в безуспешных поисках, даже в клубе осторожно справлялась.

В спортивных кругах царило смятение. Готовился большой официальный матч с участием Лещука, а свежеиспеченный чемпион пропал, не оставив адреса.

К счастью, никому не пришло в голову связать исчезновение выдающегося теннисиста с убийством в Констанцине. Да и кто бы заподозрил юношу, стоящего на пороге блистательной карьеры?

— Что же с ним случилось?

Для Майи найти Лещука, понять, как он мог это сделать, встретиться с ним было вопросом жизни и смерти. Она ощущала себя на грани помешательства. Ах, только бы увидеть его, понять и хотя бы что-то узнать!..

В состоянии полной прострации девушка ехала в трамвае, когда к ней внезапно обратился сидевший напротив господин: