Корона ночи и крови - Мира Салье Страница 159

Желудок болезненно скрутило, словно ее встряхнуло изнутри и вывернуло. В памяти Деллы всплыло воспоминание, как стражник со всей силы ударил ее по лицу, когда она в истерике долбила в двери, умоляя выпустить ее. Она упала на пол, и тот мерзавец уже собрался накрыть ее тело своим, но его оттащил и избил другой стражник. И она просто решила, что среди охраны попался порядочный мириец.

— Отцу Дарнила, разумеется, обо всем докладывали, – продолжала Мелина. – И в конце концов до него дошло. Как только он понял, что сын неравнодушен к пустой, то строго-настрого запретил ему даже думать о тебе и приближаться к башне. За каждую попытку помочь тебе он избивал его световыми плетьми. В прямом смысле пытался выбить из него все чувства к тебе. Ты и половины не знаешь, не представляешь, как король ненавидел тебя – дитя, что погубило его драгоценную жену и опорочило правящую семью. Однажды Дарнил услышал, как стражники хохотали и выдумывали, что бы сделали с тобой ночью, и выжег всему дежурному караулу глаза. За это отец избил его световыми плетьми почти до полусмерти. Его спина была похожа на окровавленный кусок мяса, а крылья… Я боялась, что они никогда не восстановятся.

Она едва заметно поморщилась.

Делла смотрела ей в лицо, улавливая малейшие изменения мимики и то, как Мелина упорно старалась скрыть свои чувства. Но она – мирийка, и ее скорбь была видна невооруженным глазом.

Грудь внезапно пронзила боль, словно в нее воткнули что-то острое. Мысли неслись галопом, а дыхание срывалось.

Нет, это не может быть правдой.

Делла вспомнила о тех временах, когда Дарнил долго не появлялся при дворе, о чем без конца судачили слуги. Но няня рассказывала, что он якобы серьезно пострадал в сражении с ринальцами.

Мелина несколько мгновений молчала, рассеянно глядя, как полуночно-синее небо становится все темнее. В густой синеве блеснула одинокая звезда. Правда, тишина продлилась недолго, и она снова заговорила:

— Пока Дарнил приходил в себя, его легион днем и ночью втайне охранял твою башню. Если бы воины услышали хоть шорох… Когда он поправился, то избрал другую тактику: завел со мной роман и заставил отца поверить, что увлечен своей фавориткой, а тобой просто хочет воспользоваться. Он убедил его, что никогда не любил пустую, а только желал. Наведываясь в башню, он намеренно оставлял дверь приоткрытой и устраивал шоу, как касается тебя. И пока все своими глазами видели твои мучения, король Кирос был доволен. Он пообещал, что до обряда тебя не тронут. Хохотал и советовал Дарнилу в будущем обязательно трахнуть тебя как следует, а потом отдать стражникам.

— Я не верю тебе… – хриплым от потрясения голосом сказала Делла, но так и не закончила фразу, потому что горло сдавило паникой.

— Разумеется, но это еще не все. Хочешь услышать больше о том, как Дарнил помогал тебе? Например, почему проклятую кормили вполне сносной пищей, а не помоями, положенными пленникам?

Хватит! Хватит! Хватит!

Делла отчаянно покачала головой.

— А твое убийство в храме? – не унималась Мелина. – Оно было проверкой для Дарнила. Одного его взгляда на клинок у твоей драгоценной шеи хватило, чтобы понять, что он все это время дурачил отца.

— Дарнил ничего не сделал, чтобы спасти меня.

— Ты не видела, но он уже собирался ударить светом, когда ворвались ринальцы. А после, по его приказу, легион убил всех служителей храма. Тогда Дарнил и его отец…