Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова,Ольга Кудрявцева Страница 20

На фоне светлеющего прямоугольника окна Осипова разглядела сидящую на кровати фигуру, лицом уткнувшуюся в колени. Она сообразила, что это Руденко, но задерживаться не стала. Если вернется к ней, то все начнется по новой – остальные захотят узнать, что так огорчило Терезию. В одиночестве девочка быстрее успокоится и ляжет.

Осторожно притворяя дверь, она уловила стремительное движение совсем рядом, будто кто-то отскочил в сторону и вжался в стену. Девушка тоже замерла, осторожно выглянула. Кто-то быстрый и верткий, как ящерка, сорвался с места, рванул к лестнице на второй этаж и вскоре почти затерялся в царящей там полутьме. Однако Рита сразу узнала нарушителя режима и шепотом рявкнула:

— А ну, стоять, Мальцев!

Фигура замерла на одной ноге – вторая уже была занесена над ступенькой.

— Быстро на цыпочках подошел ко мне!

Лестница заскрипела в противоположном направлении. Осипова пересекла холл и включила свет в их с Анной комнатушке, в дверях развернулась и сложила руки на груди. Мальчик стоял напротив нее, полностью одетый, в сандалиях на босу ногу, щиколотки еще не просохли от ночной росы. Одной рукой он быстро провел по карману шорт, расправляя его, и Рита враз смекнула, что именно там затаилось нечто интересное.

— По территории гулял, Мальцев? Ты не в курсе разве, что ночью корпус покидать запрещено?

— А если приспичит? – удивился и показательно захлопал ресницами мальчик, и Рита поняла свою оплошность.

— Нет, ну в туалет можно, конечно, но ведь ты не там был, верно, Кирилл? А еще зачем-то подслушивал у двери…

— Я не подслушивал! – вспыхнул Мальцев и сердито выдвинул острый подбородок. – Просто понял, что у девчонок в палате что-то происходит, вот и послушал немного – вдруг помощь нужна?

— Ну-ну. И что интересного услышал?

— Вы про куклу говорили, потом про сонный паралич. Про паралич интересно, я такого не знал.

— А что в кармане, Мальцев?

— Ничего, Рита Николаевна.

Ага, он все же придумал, как сократить обращение к ней.

— Давай сюда.

Она вытянула вперед сложенную лодочкой ладонь. Кирилл быстро переступил с ноги на ногу, словно собирался удариться в бегство, но остался на месте, нырнул рукой в свой карман, сгреб его содержимое в кулак и переложил в руку Риты. Она поднесла ладонь к глазам, пытаясь понять, что это. Какие-то смятые бумажные ленты с темными выпуклыми кружочками. Помог нюх, подсказал ей, что это пистоны – она такие видела у брата. Леша обожал зажигать о них спички.

— Эта гадость зачем тебе? – сурово спросила она. – А в другом кармане пистолетик, верно? Собирался устроить переполох среди ночи?

— Пистолетика нет, – вздохнул Мальцев. – Староват я, Рита Николаевна, для таких ребячьих забав.

Осипова едва удержалась, чтобы не прыснуть, – нет, ей определенно нравился этот парнишка. Вот бы у нее когда-нибудь родился сын, похожий на него!

— А зачем же тогда тебе пистоны?

— Думаю, теперь можно сказать, – ухмыльнулся мальчик. – Вчера, сбежав от вас возле корпуса, я отправился на площадку с аттракционами и заминировал их…

— Что ты сделал?!

— Ну, заложил ленты с пистонами в места трения, при использовании должно было знатно бабахнуть. Опасности нет, зато какой эффект! Но ночью я подумал, что это как-то несолидно и вообще нехорошо, так что пошел и все повынимал.