Кровь Геркулеса - Жасмин Мас Страница 56

Дальше – хуже.

В книге ad nauseam[8] говорилось о важности боли, страданий, грязи, страха и голода. Само определение испытания сбивало с толку. В начале его называли ментальным тестом, но потом описывали как войну.

В середине книги снова напоминали: «Горнило по праву способно сломить тех, кто покорился, чтобы они не смогли спрятаться от самих себя. И если уж сломит личность, то только чтобы раскрыть ее силу, во всех остальных случаях убив».

Очаровательно.

А последняя строка гласила: «Нет глупых богов, потому что нет глупых Спартанцев. Горнило или смерть; третьего не дано».

Спина взмокла от пота. Я открыла переводное издание в надежде, что ошиблась при переводе.

Увы, английская версия отличалась от латинской только тем, что автор чаще использовал слова «резня», «убийственный» и «отвратительный».

Я сбросила обе книги с колен. Сил не было на них смотреть.

Горнило звучало далеко не лучше средней школы.

Я плюхнулась обратно на стул. Никс все так же обвивала мою шею. Солнце садилось за Ионическое море, и на небе разгорались скопления звезд.

Но они меня не занимали.

Время перестало существовать.

Сверчки стрекотали, волны плескались, а я тонула в ночных звуках.

Голова раскалывалась от тяжелых мыслей, и когда я забралась в постель, за стеной раздался странный скрип.

Низкий мужской стон и крик.

Тяжелое дыхание.

Кто-то вскрикнул. Казалось, что от боли.

Затем снова скрип.

Проснись я окончательно, пошла бы выяснять, но кошмары утянули меня за собой.

Багровые глаза светились с края моей кровати.

Я чувствовала тяжесть на лодыжке. Чужие пальцы держали ее словно в тисках. Меня переполнял чуждый интерес и любопытство. Наваждение сжигало заживо.

Скелеты рычали.

Прикосновения ночного ветерка ощущались острее, словно у него были когти.

– Ты выживешь, – приказывал знакомый хрипловатый голос. – Ты обязана. Ради них. Иначе я верну тебя к жизни, и ты пожалеешь, что не умерла. А потом я заставлю его сломать твой разум. Повинуйся – не стоит испытывать меня, carissima.

— Проснись! – крикнул Патро.

Я резко вдохнула и подскочила на постели.

Святые угодники, такие сны мне еще никогда не снились.

Патро навис над кроватью.

— Смотрю, ты прочитала книги, которые я дал, – сказал он без предисловий. – Теперь понимаешь, что такое Горнило?

Откинувшись на подушки, я слабо кивнула.

— Психологический тест, боль, страдания, голод, паранойя, смерть, бла-бла-бла.

Обычный день жизни в лесу.

Патро хмыкнул, и на секунду показалось, что он улыбнулся.

— Резюмировала все довольно точно.

Я скривилась от его выражения лица: веселые люди меня нервировали. Как они умудряются радоваться жизни в наше время? Мне правда хотелось знать.

К счастью, лицо Патро исказилось от отвращения (его можно понять), и он схватил с прикроватной тумбочки тонкую книгу.

— Прочти за сегодня. Тут описаны четыре основные дисциплины, включенные в Горнило.

Я потянулась за книгой.

— Ты о них никогда раньше не слышала, – пояснил он. – Учебный план специально держится в секрете, чтобы ни у кого из дебютантов не было форы. Нам это будет на руку. В книге даны названия и описания каждого курса. Ни ты, ни твои одногодки не изучали ничего подобного раньше.

Ему удалось меня заинтересовать.

Что же такого они преподают, что даже я не слышала? Спартанский тест достижений охватывал дюжину различных предметов.