Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи Страница 70

— Ладно, хорошо. – Я кивнул, не ощущая никаких эмоций.

Он допил холодный чай, встал из-за стола и вышел из дома. Я остался сидеть за столом, глядя на его пустой стакан и на свой нетронутый.

Отец вернулся домой в полдень, радостный оттого, что поймал огромную рыбину, – даже попросил меня прийти взглянуть на нее. Он чистил ее в кухонной раковине.

— Да, – подтвердил я. – Отличная рыба.

— Ты уже слышал про несчастный случай на Грейси-Пойнт прошлой ночью?

Я снова почувствовал, как защемило в груди.

Убей меня, убей меня, убей меня.

— Нет.

— Парень примерно твоего возраста упал с обрыва на старой Риббон-роуд прошлой ночью. Сын Рут Грейвс.

Чтобы не смотреть отцу в глаза, я подошел к холодильнику и стал копаться в нем, делая вид, что что-то ищу.

— Чертовски жаль. Надеюсь, ты и твои друзья соблюдаете осторожность, когда гуляете возле обрывов.

— Да. – Мое лицо горело, несмотря на прохладный воздух из открытого холодильника. – Мы всегда осторожны.

— Давай сегодня зажарим этого здоровяка, что скажешь?

— Давай! – И я поспешил в свою комнату.

Немного погодя отец постучал в дверь моей спальни. Я успел спрятать лицо за книгой, прежде чем он вошел.

— Не голоден?

— Похоже, я приболел.

— Может, тебе лечь пораньше?

— Да, так и сделаю.

В ту ночь меня заставило встать с постели не сердце, а легкие. Мне казалось, что я тону, что мои легкие наполняются водой. Не в силах больше лежать, я поднялся с кровати и оделся. Посмотрел на часы на тумбочке – 02:18. В доме было тихо, как в склепе.

На тумбочке стояла банка «Спрайта». Я смотрел на язычок, казалось, целую вечность, пока не почувствовал, как что-то начинает сворачиваться в моем желудке.

А вдруг кто-то найдет на земле язычки? Соберут их как доказательства, обнаружат на них мои отпечатки, отпечатки Тиг… Постучатся к нам в дверь, чтобы через минуту-другую вывести нас в наручниках!

Почувствовав, что меня вот-вот вырвет, я пошел в ванную, где навис над унитазом в ожидании. Но ничего не произошло, и я вышел в коридор, где услышал громкий храп отца. Я прокрался к входной двери, надел кроссовки и беззвучно вышел из дома.

Снаружи пахло дымом. Я обошел сарай и взял свой велосипед, а затем покатил его по подъездной дорожке, пока не выехал на улицу. Я никогда не ездил на велосипеде до Риббон-роуд, но теперь тревога стала отличным топливом для такого веломарафона. Я доехал до окраины города и, к счастью, по пути не встретил ни одного автомобиля.

Риббон-роуд[11] называлась так потому, что огибала побережье Кингспорта в виде серии волнистых, извилистых дорог. Эта живописная проезжая часть устарела еще в шестидесятые, когда Мейн-стрит окончательно пробила себе путь через центр города. Я никогда не ездил на велосипеде по этому склону, но в ту ночь поехал – задыхаясь, с болью в легких и напряжением в ногах.

Я ожидал увидеть желтую полицейскую ленту, натянутую вокруг деревьев, и, может быть, несколько ко́зел вдоль края, откуда свалился Роберт. Хоть какое-то свидетельство того, что здесь что-то случилось. Но дорога была пуста – просто участок земли, который выглядел так же обыденно, как местная свалка, пристань для яхт, парковки у супермаркета. Я приехал сюда в ожидании… чего-то особенного, но ничего не обнаружил.

От этого мне стало то ли легче, то ли еще тревожнее.