Тени южной ночи - Татьяна Устинова Страница 10

…Не в лютиках дело!

Писательница Покровская искренне верила: каждый человек — что самый настоящий, что книжный — живет так, как он сам себе придумал.

И если жизнь испытывает на прочность — на изгиб и на излом, — самое главное… не сдаваться.

Стараться изо всех сил, действовать, верить, рыть носом землю — и все получится.

Старания никогда не пропадают втуне и не остаются без награды.

По крайней мере, Мане так казалось…

Вдруг у кого-то из болтавшихся возле крыльца затрещала рация и сквозь помехи, слово говорили как раз из Владивостока, донеслось:

— Стас, где вы все, команда всем службам по местам!.. Мотор минут через двадцать!

— Вот и отлично, — бодро сказал водитель Гена. — А то Анна Иосифовна беспокоится.

Маня вздохнула виновато, словно она сама испортила… что там чинили? Пульт, вот что!.. И Анна ее в этом уличила.

Алекс Шан-Гирей опять принялся было произносить какую-то речь у нее в голове, но Маня решительно захлопнула к нему дверь — нужно дотянуть как-нибудь дурацкую программу и мчать домой писать роман!..

В коридорах была суета, народ двигался во все стороны, что-то скрежетали рации, и хотелось от всего этого спрятаться, но Маня с Волькой сразу в гримерку не пошли, а завернули за угол — Мане хотелось проверить некую теорию.

В закутке коридора по правую руку были две двери. Одна без всякой таблички, а на другой…

Маня хихикнула.

На другой было красиво написано «ТОЛЯН».

Дверь распахнулась, из «ТОЛЯНА» вышел парень с гарнитурой на ухе и папкой под мышкой.

— Вы заблудились? — с ходу начал он, завидев Маню. — Я вас сейчас провожу. Я Саша, директор программы.

— Прекрасно, — похвалила Маня директора.

— Нам бы с вами договор подписать, — продолжал парень озабоченно. — Мы всегда до съемки подписываем, но сегодня дурдом, Наташа забыла вам на подпись дать.

— Да я подпишу, не переживайте.

— Просто у нас всякое бывает. Снимаем, а потом герой вдруг говорит: меня в эфир давать нельзя.

— Меня давать можно.

Навстречу им попалась давешняя редакторша, которая каталась на машине «ТОЛЯН».

— У себя, Саш? Мне ключи от машины нужно отдать.

— У себя.

— А Эдик коробку принес? Из багажника?

— Вроде принес, но ты у самого спроси!

Тут всунулась писательница:

— А что, сам капризный?.. Трудно с ним работать?

И Саша, и девушка посмотрели на нее в некотором затруднении.

— Когда как, — наконец признался директор программы.

— Но в целом ничего, бывает хуже!.. — подхватила редакторша. — Ведущие всегда… важные такие. Не знаешь, как подъехать! А с Толяном дело иметь можно!

— А мне бы автограф, — сказали рядом. — Можно?..

Маня повернулась: еще одна девушка, совсем не по телевизионному хорошенькая, просительно заглядывала ей в лицо.

— С удовольствием, но у меня с собой ничего нет…

— Да не ваш, — немного обиделась хорошенькая девушка, — мне бы автограф Толяна! Он там, да? Можно к нему?

Маня покраснела до ушей.

Стыдоба какая! Что ты все принимаешь на свой счет?! Человек тебя знать не знает, в глаза никогда не видел, ни одной книжки не прочел! Хочет автограф знаменитого шефа и телевизионной звезды, а ты кто такая?!

— Я зайду, да? — и хорошенькая протиснулась плечиком.

— Нет, извините, — опомнился Саша. — К ведущим в гримерки заходить нельзя.

— А может, мне можно? — улыбнулась девушка. Улыбка у нее тоже была прехорошенькая. — Ну, пожалуйста!..