Загадка двух жертв - Андрей Посняков Страница 124

– А о том, что Левушкин возможный убийца, знаем только мы! – напомнил Пенкин.

– И еще – Теркин.

– Ну да, и он. Колесникова не знает… – Ревякин потянулся к телефону. – Об убийце она в общих чертах знает – патлатый, приметы кое-какие, тот же «ФЭД-Микрон». Мы ведь от нее не скрывали, но и не посвящали особо. Все ж практикантка, допуска нет! Сейчас в клуб позвоню, в Лерничи. Может, там уже Левушкин… Ну, или Евгения…

* * *

– Помочь?

Перед Женькой стоял улыбающийся молодой мужчина в импортных спортивных штанах и синей олимпийке на молнии. Темные очки, кеды «Два мяча», рюкзак за плечами. Причесочка – аккуратный такой полубокс. Еще и залысины. И самая обаятельная улыбка!

– Вы что, можете колесо заклеить?

– Не заклеить… Но докатить ваш мотопед до парома – вполне могу! Откуда такой аппарат?

– Папа подарил. В прошлом году, на день рождения, – честно призналась девушка. – Правда, не новый…

– Выглядит замечательно! Прямо «Веспа». Итальянский неореализм. Меня Николаем зовут.

– А я – Женя!

– Ну что, Женечка? Покатили?

– Ага!

* * *

Они выехали на двух мотоциклах. На «Яве» и на служебном «Урале» Дорожкина. Машину не брали. Специально, чтобы не вызвать ажиотаж. Едет себе «Ява» и едет – ну красивый мотоцикл, да… И милицейский «Урал» – участковый на то и участковый, чтобы везде шариться, тоже подозрений никаких. На «Яве» – Алтуфьев с Пенкиным, на «Урале» – Дорожкин и Мезенцев. Игнат в отделении, у телефона дежурит – мало ли что?

Ехали быстро – только пыль позади клубилась. Дорожкин даже слегка поотстал. Да, как сказала по телефону заведующая сельским клубом Аня, у них в Лерничах пока что никто не объявлялся – ни Женя Колесникова, ни журналист из района. Кстати, обоих ждали.

* * *

– Какой вид чудесный, Женечка, не находите? – закатив «Вятку» на пригорок, Николай перевел дух. – Вон за тем озером Лерничи?

– Да, они. И паром – вон. Видите?

– Вижу… А это что за деревня? Вон, за деревьями?

– Тридцатый барак, – вспомнила девушка. – Леспромхозовский поселок. Ныне заброшенный.

– Страсть как люблю фотографировать заброшенные деревни! – Мужчина приподнял очки. – Может быть, сходим? Тут ведь рядом совсем… Заодно отдохнем немного.

– Ну-у, я бы тоже поснимала… А у вас и камера с собой?

– Да, в рюкзаке. А у вас?

– У меня в бардачке – «Зоркий»… «Зоркий-4».

– Неплохая вещь! Объектив «Индустар», автоспуск… Ну так идем? А мотороллер можно во-он сюда закатить, в кустики… А то мало ли что?

Так и сделали. Закатили. Пошли.

– На-на-на-на-а-а… Чаттануга-чу-чу… – весело напевал Николай.

Песенка эта показалось Женьке знакомой… Вернее, она ее хорошо знала – «Серенада солнечной долины»… Ну и вот совсем недавно что-то про нее слышала… Кажется, от Дорожкина… Или от Макса…

– Вот отсюда, пожалуй, хороший вид…

Пока ее спутник потрошил рюкзак, Женя сделала несколько снимков, стараясь, чтобы в кадре оказались самые старые избы.

– Вы такая фотогеничная, Женечка! Давайте я вас сниму. Я ведь не просто любитель, фотохудожник.

Фотохудожник…

– Да бросьте вы стесняться! Вы такая обворожительная, такая… Знаете, на французскую певицу похожи… На Франсуазу Арди! Такая же красивая… Ах, Женечка, если бы вы только знали, если б осознавали всю свою красоту! Поистине неземную… да-да!

Как он говорил! Как обаятельно улыбался…

– Где-то я вас видела… – вдруг вспомнила Женя. – Ну да – у нас, в Озерске. А! Вы друг Иванькова, тренера из спортивной школы!