Кровавый навет - Сандра Аса Страница 189

Он счастливо улыбнулся, увидев вдали жену, по которой люто тосковал, и понял, что скоро они наконец-то будут вместе.

32

Портрет

Вступив в права наследования и сделавшись хозяином всего семейного имущества, Энрике объявил донье Франсиске, что намерен изгнать Мигеля из особняка Валькарселей.

— Это невозможно, сынок, – возразила мать. – Помимо того, что весь Мадрид считает его родным племянником твоего отца, я – его законный опекун и обязана о нем заботиться. Если мы его выгоним, поднимется скандал, люди захотят узнать, чем вызвана такая жестокость, и это может привести к опасным последствиям. Не стоит чрезмерно усердствовать, необдуманное решение обрушит на нас целый шквал сплетен.

— Ну и пусть. Я его терпеть не могу, и меня бесит, что он пользуется чужими привилегиями.

— А уж как бы мне этого хотелось! Помимо прочего, невыносимо опекать ублюдка, рожденного от измены мужа.

— Тогда почему вы упорно отказываетесь от него избавиться?! – воскликнул Энрике. – Неужто вам мало унижения, которому отец подвергал вас при жизни, и вы готовы глотать уксус даже после его смерти? У вас нет чувства собственного достоинства?

— Конечно есть, – суровым тоном возразила донья Франсиска. – Но мне присуще также и здравомыслие – добродетель, которой ты, вижу я, лишен. Мы должны вести себя смирно, иначе совершим ошибку, способную все испортить, и отправимся на костер. Прошу тебя, не теряй бдительности. Мясное – в мясоед, а постному свой черед.

— Стоит ли всюду вставлять эти нелепые поговорки?

— Если будешь вести себя так же дерзко, мои замечания сменятся оплеухами, глупец. Я не позволю твоим ребяческим выходкам разрушить наши планы. Сделай одолжение, забудь этот вздор и охолоди голову. А когда поутихнешь, я сочту возможным поведать тебе о том, что я готовлю для Мигеля.

— Хорошо, – покорно согласился Энрике, хотя смирение давалось ему с трудом, поскольку ход событий выводил его из себя. – Итак, слушаю вас. Как вы собираетесь проучить паршивца, пожелавшего присвоить чужое наследство?

— Я хочу исключить его из нашего круга, – пояснила донья Франсиска.

— Похвальная мысль, да только несбыточная, матушка. По нескольким причинам. Начать с дона Кристобаля Эченике. Он принадлежит к ближайшему окружению Валькарселей и, как гувернер Мигеля, будет мозолить нам глаза до скончания веков.

— Эченике не вернется. Алькасар отправил его в Неаполь, да так поспешно, что у него даже не нашлось времени попрощаться. Благодаря этой счастливой случайности Мигель потерял учителя.

— Разрази меня гром, что же тут счастливого? Придется подыскивать ему нового наставника, а заодно и дальше оплачивать его образование.

— У него не будет другого наставника.

— Вот как вы намереваетесь избегать пересудов? Человек нашего круга, лишенный частного учителя, привлечет слишком много внимания, матушка.

— На это мы скажем, что замкнутость Мигеля, которая еще больше обострилась из-за потрясения, вызванного кончиной дяди, вынудила его обратиться ко мне с просьбой прервать занятия и я, стремясь облегчить его участь, пошла навстречу.

— И что дальше? Пусть катается как сыр в масле за мой счет? Меня это бесит еще больше, чем оплата уроков.

— Я бы с огромным удовольствием отправила его на черные работы, ибо он – не кто иной, как подлый паразит, однако мое происхождение не позволяет так поступить, – ответила донья Франсиска. – Валькарсель, гнущий спину, испортит нашу репутацию. А значит, пусть продолжает учиться, но в общественной школе, где дают лишь начатки знаний. Ему исполнилось тринадцать, а эти заведения принимают учеников до четырнадцати. Оплатим ему текущий год, а также следующий. Через две зимы, когда все уляжется, мы подумаем, как от него избавиться, не поднимая шума.