Горячее Белое море - Николай Свечин Страница 21

— Сами посудите. Австро-венгерская армия одна поставила нам два миллиона сто четыре тысячи нахлебников. Как их прокормить и обустроить? Никакой казны не хватит. А добавьте германцев и тех же турок?

— Понятно. Что еще не выполняется из благих пожеланий указа?

— Много чего. Например, Положение говорит, что работы, к которым привлечены военнопленные, не должны быть изнурительны.

Полицейские переглянулись и только покачали головами. Тертышников продолжил загибать пальцы:

— Работы эти не должны иметь никакого отношения к военным действиям. Сами понимаете, Мурманскстройка вряд ли подходит под такое утверждение. Насчет изнурения: время труда регламентируется Законом от тысяча восемьсот девяносто седьмого года. Там сказано, что в летние месяцы это одиннадцать с половиной часов в сутки с двумя перерывами: завтрак — тридцать минут, и обед — полтора часа. Весной и осенью трудятся по десять с половиной часов, зимой по девять. А нормы выработки определяются «Урочным положением» аж от тысячи восемьсот сорок третьего года! Еще при Николае Первом написанном… Ну и… имеют место злоупотребления от устаревших правовых актов. На прокладке упомянутой вами дороги пленные работают круглосуточно, так как начальство очень их торопит. Во время полярной ночи зажигают костры.

— А как там обстоит дело с провиантом? — задал очередной вопрос статский советник.

— В марте этого года наконец-то определили нормы кормового довольствия для рабочих, то есть для привлекаемых к труду пленных нижних чинов. Угодно заслушать?

Чиновник выложил на стол папку.

— Угодно, — подал реплику Азвестопуло.

— Ага. Вот, извольте. Хлеба белого и черного полагается два с половиной фунта в сутки. Реально, конечно, белого там нет совсем, только черный… Крупы — двадцать четыре золотника, приварочного довольствия в виде баранины, свинины или рыбы — фунт с четвертью, соли одиннадцать золотников, овощей свежих шестьдесят золотников, а если сушеных, то четыре. Перца полагается одна шестнадцатая золотника, масла или сала — пять, подболточной муки четыре, чаю одна вторая и сахару шесть золотников[34]. Должен отметить, что начальники работ имеют право в случае необходимости увеличивать дачу, но не превышая при этом норм для контрактных рабочих.

— А когда возникает такая необходимость? — поинтересовались сыщики.

— Когда люди слабосильные, или больные, или призваны на сверхурочные работы.

Алексей Николаевич подбросил вопрос, который сильно его интересовал, намного больше, чем нормы выдачи подболточной муки:

— Говорят, на Мурманскстройке кроме нижних чинов есть еще и пленные офицеры?

— Есть, — подтвердил чиновник. — Восемь или девять, точными данными Красный Крест не располагает. Среди них имеется даже один полковник!

— А как они там оказались? Ведь Гаагская конвенция запрещает использовать офицеров на принудительных работах.

— Принудительно и впрямь нельзя, но эти люди вызвались добровольно. Раньше возникали конфликты между конвоем и пленными, дело доходило до мер физического воздействия. Пошли жалобы в Международный Красный Крест, Россия получала упреки. Тогда Военное министерство и разрешило Управлению строительства дороги привлекать желающих офицеров в качестве помощников начальников конвойных команд. И после этого конфликты прекратились.