Кровавый навет - Сандра Аса Страница 235

— Вам и вправду понравилось?

— Это настоящий шедевр. Если в этой благословенной папке есть и другие, не менее совершенные, я бы с радостью ими полюбовался.

Чувствуя, что учитель говорит искренне, Мигель поддался искушению и протянул ему папку. Дон Мартин немедля открыл ее, и на стол легло множество великолепных рисунков. Дети, играющие на площади Санта-Крус, фонтан Сан-Сальвадор с его обычным столпотворением, закат в холмах у Горелой мельницы, торговки каштанами, прачки, коробейники, глашатаи, недавнее гулянье на рынке Сан-Антон, образы Пресвятой Девы, мифологические аллегории…

— Неужели все это ты нарисовал сам? – пробормотал ошеломленный дон Мартин.

— Да, сеньор. Им недостает мастерства, но они помогают мне выразить то, что у меня на душе.

— Что значит – недостает мастерства? Да они просто гениальны! Поразительно, что ты умеешь так чудесно наряжать жизнь и не в силах оценить по достоинству прекрасные одежды, который сам же сотворил.

— Кое-кто назвал мои картины безобразными и отталкивающими и даже порвал один портрет, весьма ценный для меня.

— Кто же посмел выдать столь презренную ложь?

— Один человек.

Мигель опустил глаза, с досадой ожидая дальнейших расспросов.

— Не переживай, юноша. Я не собираюсь ни о чем допытываться. Скажу лишь, что этот человек не только подл, но слеп, невежествен и завистлив. Советую тебе не обращать на него внимания.

— Я не могу не прислушаться к его мнению, он отлично разбирается в искусстве.

— Если он презирает эти замечательные работы, то ни черта в нем не смыслит, – сердито проговорил дон Мартин. – Слушай меня внимательно, Мигель: Бог преподнес тебе удивительный дар и, несомненно, рассчитывает, что ты будешь делиться им с ближними, а не таить его в папке. Тебе следует поступить в художественную мастерскую и посвятить себя делу, для которого ты рожден.

— Мне бы этого хотелось, но моих денег хватит только на два года в вашей школе.

— Я верну тебе деньги, и ты сможешь потратить их на мастерскую.

— Их недостаточно даже для начальных уроков. Обучение этому ремеслу обходится очень дорого, дон Мартин.

— В любом случае, боюсь, на следующий год тебе придется уйти. Твои познания далеко превосходят то, чему учат в моей школе, и будет недостойно брать с тебя плату за это бессмысленное обучение.

— Но я хочу быть с вами, не прогоняйте меня, – взмолился Мигель, не желая расставаться с единственным человеком, который скрашивал его одиночество. – Пожалуйста, позвольте мне учиться дальше.

— Дело как раз в том, чтобы учиться дальше. Ты вырос из азбуки, сынок. Надо сделать следующий шаг. Если художественная мастерская недоступна, поступай в гимназию.

— Гимназия мне тоже не по средствам, – удрученно возразил Мигель. – Но я все понимаю и ценю вашу честность. Не переживайте. Я что-нибудь придумаю.

Дон Мартин задумчиво теребил бороду. Что случилось с этим мальчиком, у которого, казалось, не было ни прошлого, ни будущего?

— Помимо пустого кошелька, что-нибудь еще мешает тебе учиться? – спросил он.

— Умоляю, учитель… – пробормотал Мигель, с ужасом вспоминая угрозы доньи Франсиски. – Не надо меня ни о чем расспрашивать.

— Я пытаюсь тебе помочь, но ты должен мне довериться, иначе ничего не выйдет.

— Все бесполезно. Никто не возьмет ученика без документов. Я удивлен, что ваша милость согласилась на это.