Белый асфальт - Анна Князева Страница 41

Отыскав взглядом Семочкина, Анна дождалась, когда он расплатится на кассе и с подносом направится к свободному столику у окна.

Она налила из чана бесплатного чаю и пошла вслед за ним. Как только Семочкин сел за стол, поспешила сесть напротив него.

— Здравствуйте! Меня зовут Анна Сергеевна Стерхова. Я – следователь из Москвы.

Семочкин испуганно заморгал. Перед ним лежал большой бутерброд, а в тарелке дымился горячий суп. Он опустил в него ложку и взглянул на Анну поверх очков.

— Что такое?

Та вежливо улыбнулась.

— Мне нужно с вами поговорить.

— О чем?

Анна вынула из кармана завернутую в ткань пластину и, развернув, показала.

— Видели такую?

Семочкин замер. На несколько секунд его лицо стало непроницаемым. Потом он медленно выдохнул и спросил:

— Откуда она у вас?

— Ее нашли в зимовье Совиная Плаха. Бывали там?

— Много раз. – Семочкин вновь посмотрел на пластину. В глазах его мелькнуло что-то похожее на грусть. Он протянул руку. – Позволите?

— Конечно. – Стерхова протянула ему медяшку.

— Мы носили такие в ПТУ. Неофициально, конечно. Пришивали к подкладке форменного пиджака. Это была наша метка.

Анна насторожилась.

— Метка чего?

— Тайного общества «Клинок и Коготь». Звучит угрожающе, а на самом деле… – словно извиняясь, Семочкин улыбнулся. – Детство в жопе заиграло, вот и придумали для себя забаву.

— Чем занималось ваше тайное общество?

— Да, ничем особенным. Ходили на природу, жарили шашлыки, стреляли по бутылкам. Иногда проводили собрания. – Подняв глаза, Семочкин посмотрел на Стерхову: – Секреты храним под луной, ни страха, ни слез – только бой!

— Ваш девиз? – догадалась Анна.

Он ностальгически улыбнулся:

— Вот ведь дурачье.

— Сколько человек состояло в обществе?

— Я знал только четверых. Шевердов Степан теперь глава администрации Северска. Олег Зварыкин – директор транспортного предприятия здесь же, в Северске. Витька Фокин уехал за границу еще в девяностых. Ну, и Лубнин Игорь – он был командиром нашей пятерки. Этот пропал в тайге.

— Вы сказали вашей пятерки…

— Ну, да. Лубнин говорил, что таких пятерок в училище много. С главным были знакомы только командиры. Рядовые члены знали только членов своей пятерки и своего командира.

— На самом деле все так и было? – спросила Стерхова.

— Думаю, что Лубнин привирал. – Семочкин снял очки и протер их бумажной салфеткой. – Уверен, что нас было пятеро.

— Откуда взялось название общества?

— Лубнин услышал легенду про Совиную Плаху и придумал название «Клинок и Коготь». Нам понравилось.

— Вы упомянули, что члены группы проводили собрания.

Взглянув на часы, Семочкин придвинул к себе тарелку и взял со стола хлеб.

— Если позволите, буду есть. У меня не так много времени.

— Да-да, пожалуйста. – Сказала Анна, постукивая пальцами по столешнице, словно отбивая ход невидимых часов.

— Вы спросили про собрания? Ночью после отбоя мы спускались в подвал общежития. В помещении, где хранились чемоданы учащихся, резались в карты, иногда выпивали или курили. Вот, пожалуй, и все.

— В подвале общежития было такое помещение? – она задавала вопросы короткими, точными фразами. – Оно не закрывалось на замок?

— На замке была комната, в которой хранились чемоданы преподавателей. В наших чемоданах воровать было нечего.

Стерхова замолчала. Дождавшись, когда Семочкин перейдет ко второму блюду, она продолжила: