Амурная примета - Евгений Сухов Страница 72

— Прошу вас.

Иван Федорович ступил в небольшой кабинет с письменным столом, несколькими стульями и кожаным диваном, предназначенным для отдыха, на тот случай, если вдруг в районе, подведомственном данной полицейской части, случится нечто такое, что вынудит служащих полиции работать денно и нощно. На диване сидела девушка с привлекательными лицом и стройной фигурой, не более чем двадцати лет от роду. Она внимательно посмотрела на вошедшего Воловцова, после чего опять приняла вид наивной и простодушной девицы, не понимающей, почему ее не отпускают домой, когда она уже все рассказала. Возле стола стоял, нависая над ним, степенный благообразный гражданин пятидесяти с лишком лет.

— …Девушка не знала и даже не могла предполагать, что приглашенный ею судебный пристав будет впоследствии убит, – услышал Иван Федорович окончание фразы господина с благообразной внешностью, произнесенной явно в запале жаркого спора.

— Осмелюсь доложить: ваше приказание выполнено, господин судебный следователь по особо важным делам Воловцов мною доставлен, – отрапортовал, обращаясь к помощнику пристава Колымагину, околоточный надзиратель.

— Благодарю, можешь идти, – отпустил околоточного Захар Мартынович и развел руками. – Видите, какая тут у нас канитель.

— Вижу, – отозвался Иван Федорович.

— Простите, вы здешний пристав? – обратил все свое внимание на Воловцова господин с благообразной внешностью.

— Нет, я не пристав, – сказал Воловцов и отрекомендовался: – Я судебный следователь по особо важным делам Воловцов Иван Федорович. А вы кто, любезнейший?

— Ординарный профессор кафедры русского языка и словесности Императорского Московского университета Александр Тимофеевич Сиротин, – не без апломба отрекомендовался, в свою очередь, господин с благообразной внешностью.

— Очень приятно, – произнес дежурную фразу Иван Федорович. – Что вы делаете в полицейской части? Вас вызывали? По какому делу?

— Никто меня не вызывал ни по какому делу. Я сам пришел… – промолвил профессор Сиротин.

— Зачем? – задал вполне резонный вопрос Воловцов.

— Я сопровождал сюда… даму, – ответил Александр Тимофеевич и перевел разом потеплевший взор на Эмилию.

— Вот эту даму? – указал на Эмилию Бланк судебный следователь по особо важным делам.

— Да, ее, – кивнул профессор Сиротин.

— Надо полагать, вы ее поверенный? – спросил Иван Федорович.

— Нет. Просто… друг, – последовал не очень убедительный ответ.

— А-а, вы просто друг… – холодным тоном произнес Воловцов. – И просто сопровождали даму до полицейской части.

— Именно так.

Иван Федорович улыбнулся:

— Ну тогда большое спасибо за то, что сопроводили. Вы можете идти…

— Без нее я никуда не уйду, – решительно возразил Александр Тимофеевич.

— Вот как? – иным взглядом, нежели ранее, посмотрел на ординарного профессора Московского университета Воловцов. – В таком случае я буду вынужден констатировать, что вы создаете помехи ведению следственных действий, а иными словами – мешаете. А это, господин профессор, уголовно наказуемое деяние…

— Она ни в чем не виновата, – продолжал упорствовать профессор Сиротин. – Ее деяния подпадают под статьи девяносто девять и сто «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных» от тысяча восемьсот восемьдесят пятого года и не должны вменяться ей в вину.