Белый асфальт - Анна Князева Страница 87

Когда Анна сняла последний слой бинта, она отшатнулась. Перед ней предстала страшная картина: кожа ноги была черно-зеленого цвета с багровыми прожилками. Ее покрывали серо-желтые пленки, под которыми пульсировал гной.

Стерхова на мгновение замерла, ощутив, как волна дурноты подступает к самому горлу.

— У вас началась гангрена, – с трудом проговорила она.

Сизов со стоном рухнул на нары. Из его горла вырвался вопль, наполненный болью и отчаянием. Потом наступила тишина.

Анна сидела неподвижно, ожидая, что будет дальше. Неожиданно Сизов опять приподнялся на локтях, ощерился в улыбке и в его голосе прозвучала издевка:

— Ну, что? Поймала?

— Поймала. – Сказала она. – Тому, кто просит, Бог дает. Вот только ситуацию не мы выбираем.

— И как я тебе?

— Нужна срочная ампутация. Сейчас я введу вам антибиотик.

Стерхова медленно встала и подошла к столу, на котором лежали ампулы и шприцы. Голова кружилась от изнеможения и боли, но она старалась не обращать на это внимания.

— Не жилец я уже… – бросил ей в след Сизов. – Да и ты, вижу, не очень… Что произошло?

Анна замерла, опустив голову. Сил говорить уже не осталось, но она все же ответила:

— Наш вертолет упал неподалеку. Пилот погиб, а я осталась жива.

Сизов хрипло рассмеялся.

— Ну, вот и до тебя добрались… И жить нам с тобой осталось до рассвета. Утром эти ублюдки прилетят на место крушения, найдут и добьют нас. Мы оба им поперек горла.

Анна медленно набрала в шприц антибиотик. Вернувшись к нарам, склонилась к Сизову и сделала инъекцию. Потом подняла голову и спросила:

— О ком вы говорите?

Он вздрогнул, прикрыл глаза и тяжело вздохнул.

— А ты еще не поняла? У них не осталось другого выхода. Если нас не убьют, значит прикончат Крамова.

— Зачем его убивать?

— Тем, кто его крышует, запачканный Крамов не нужен. А ты сделала все, чтобы… – Сизов пошевелился и вдруг застонал.

— Я ничего про него не знаю.

— Знаешь… ты все знаешь про меня. А мы с ним в одной связке. За каким чертом ты схватилась за эту Зорину?

— При чем здесь она?

— Зорина была любовницей Крамова. Он ее задушил в доме своей матери. А мы со Зварыкиным там же, во дворе, ее прикопали.

Анна Стерхова застыла, тело внезапно одеревенело. В слова, произнесенные Сизовым, невозможно было поверить. Они не укладывались в голове, не поддавались осмыслению.

— Что?.. – голос ее прозвучал глухо, как будто принадлежал другому человеку.

Все в ней протестовало. Крамов – убийца? Этот человек, от которого веяло силой и убежденностью. Тот, кто казался уверенным в своих идеях и принципах, оказался убийцей?

— Нет… – чуть слышно выдохнула Анна. Однако внутренне она уже понимала, что все сказанное – правда. – При чем здесь вы и Зварыкин?

Сизов смотрел на нее, не отводя взгляда. В его воспаленных глазах читалась страшная, неоспоримая правда.

— Все вышло из-за ерунды. Крамов первым узнал про наше тайное общество. Ему донесли, и он решил нас взять под свое крыло. Но доверял он только мне и Зварыкину. Остальных держал за дураков.

— В чем выражалось его доверие?

— Началось с того, что мы били морды тем, на кого он укажет. Потом посерьезнее – запалили дом его должника. Ну, а потом пошло-поехало. Он, ведь, знал мою подноготную. Знал, что я убивал. Однажды послал меня в Енисейск, чтобы я проломил голову одному чиновнику.