Относительность предопределенности - Валерий Большаков Страница 120

— Я только потрогаю… – пробормотал Михаил, касаясь холодной грани. Квадратики четких вырезов складывались в прихотливый, хотя и несимметричный узор, а изнутри как будто исходила добрая сила – она щекотала подушечки пальцев, будя странные желания и надежды. – А что в четвертом слое? – вытолкнул он.

Лицо Талии обрело некое благолепие посвященной.

— Там «Смотрящие»… М-м… Там рептилоиды привели координаты своей транскосмической базы на планете в системе трех звезд, – торжественно, с выражением, проговорила она. – Спасибо Шарлотте, помогла определиться – планета находится на орбите Толимана, Альфы Центавра В!

— Спасибо… – ляпнул Гарин, изнемогавший в буре мыслей, и натянул улыбку: – Надо туда… слетать как-нибудь…

Понедельник, 15 апреля. Позднее утро

«Альфа»

Стокгольм, Эстермальм

Михаила чрезвычайно раздражало это дурацкое приглашение в Шведскую королевскую академию наук. Что ему там делать? Слушать, как тамошние затухшие светила кряхтят: «Хорошо сидим…»?

Особенно теперь, когда он всё окончательно обдумал и бесповоротно решил, как ему дальше жить-поживать, куда идти в тумане будущего!

И на фига, спрашивается, лететь в какой-то, там, Мухосранск, пардон, Стокгольм? Неужели нельзя кликнуть электронную почту или поступить еще элементарней – взять и позвонить? И зачем, главное!

Вот, что бесило Гарина, выводило пуще всего: «Извольте объяснить членам Нобелевского комитета по физике суть и значение так называемой «сингонально-пространственной интерполяции», за открытие которой номинируется г-жа Браилова Елена Павловна…»

А ничего, что межпланетный корабль, используя СПИ-драйв, слетал давеча на Плутон и обратно? Ничего так себе значение?

И, наверное, числись в номинантах кто-либо другой, Михаил бы плюнул, и никуда бы не полетел. Но «г-жа Браилова» была ему дорога. Можно и прогнуться, спина не переломится. А Ленусик свою премию получит обязательно!

* * *

— …Господи, о чем вы? Разумеется, это не гиперпространственная интерполяция, до нее мы пока не доперли, а сингонально-пространственная! – терпеливо выговорил Гарин, битый час объясняя «смысл и значение». – Повторить?

Его изрядно подбешивала надменность шведов и приглашенных «британских коллег», но старый добрый русский мат мог навредить Ленусику.

— В двух словах, господа! – утомленно сказал Михаил. – Итак. Сингонально-пространственная интерполяция или, как ее еще называют, пространственно-транспозитационный манёвр, явление элементарное. Все, надеюсь, хотя бы знакомы с теорией совмещенных пространств? Буду объяснять на пальцах! Граница… ну, скажем, между государствами – на карте или на земле – это линия на плоскости. Граница… м-м… ну, пусть между кубиками, если их прижать гранями – уже трехмерна. А вот граница между взаимопроникающими пространствами имеет четыре измерения…

Гарин подумал мельком, что представить себе четырехмерную грань могла лишь жена Эйнштейна Милева Марич, да майор ВВС Шарлотта Бельская-Блэквуд. Почему-то многомерная интуиция – удел именно женщин, да и то немногих.

Вдохнув воздуху, настоянному на книжной пыли, Михаил продолжил, мечтая поскорее закончить:

— Именно поэтому, кстати, для перемещения из одного мира в другой нужен пятимерный преобразователь пространства – требуется как бы «встать над схваткой», выйдя в следующее измерение. Наш великий математик Колмогоров, разработавший асимметричную теорию относительности, предложил грамотный термин для межмирных границ – нуль-пространство. Не буду вдаваться в подробности, упомяну лишь один факт, неоднократно доказанный и подтвержденный: в нуль-пространстве нет ни времени, ни расстояний! Поэтому транспозитация, используя эти свойства, является прямым переходом через нуль-пространство, скажем, из «Альфы» в «Бету». Мгновенным переходом!