Маски и лица - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 29

Та радостно улыбнулась:

— Так что? Пойду кофе варить?

— Да-да, — Иван Палыч пришел в себя первым. — Было бы неплохо…

— Господин Далтон! — скосил глаза Иванов. — Вы женщине не поможете?

— Я? Ах да, да…

Американец покорно удалился на кухню…

— Хорошая у вас соседка, Анатолий! — выпустив в форточку дым, искренне восхитился чекист. — Пепел-то куда можно?

Журналист взял с полки блюдце с отбитым краем:

— А вот — пепельница.

— Благодарю, — учтиво поклонился Валдис. — Ну, что же — продолжим разговор. Значит, ваша хорошая знакомая Юлия попросила вас увезти Анастасию… якобы на работу… А на самом деле, куда?

— Ну-у… коли вы и в самом деле из ЧеКа… — Анатолий затушил окурок в блюдце. — Мы с Юлей спасали Анастасию от Пахома!

— Пахом? — насторожился чекист. — Тот самый? С Урала?

— Он!

Иван Павлович тоже припомнил матерого бандита, которого обыватели нынче боялись больше, чем Кошелькова, Софрона и Леньку Пантелеева вместе взятых.

— И… зачем Пахому Настя? — Иванов склонил голову набок, буравя собеседника взглядом не хуже своего коллеги Шлоссера. — Вы, вообще, знаете, кто она такая?

— Юля сказал — Настя с Урала из богатой семьи, — пояснил Анатолий. — Ну, из НЭПманов. Шахты у них в концессии, еще что-то такое. Пахом прознал про нее и решил похитить — взять с родителей выкуп. С него станется! Шайка его этим и промышляет. Хотя… не только этим. Страшный, злой человек!

— Это все вам Юля сказала?

— Да, она… У нее знакомая с Урала, из Екатеринбурга… Она и рассказал. А уж Юля — девушка решительная! Тем более, с Пахомом у нее какие-то свои счеты…

— А где она работает? — мельком спросил Иван Палыч.

Журналист повел плечами:

— В наркомате просвещения. В комиссии по международным связям! Юля прекрасно говорит по-английски… мы на этой почве и познакомились. Она как-то заказывала машину, и увидела у меня английскую газету… Ну, слово за слово…

Дверь снова приоткрылась. Вошла соседка с дымящейся невероятным ароматом джезвой и чашечками на подносе.

— Мой покойный супруг некогда служил в нашем консульстве в Константинополе. Вот… прошу! Джону очень понравилось. Я сейчас ему еще сварю… А вы пейте на здоровье!

— Спасибо, дорогая Евграфия Петровна, — Иван Павлович галантно взял поднос.

Кивнув, старушка гордо удалилась.

— Ого! — сделав глоток, оценил Иванов. — Замечательно! Так, Анатолий! Мы сейчас с вами поедем за Настей… Не волнуйтесь, от Пахома мы ее точно спасем. Кстати, а почему вы с… Юлей не обратились в милицию? Наверное, ваша пассия сказала, что у Пахома там везде свои люди?

— Да… так и сказала… Не везде, но… есть вероятность нарваться. Поэтому мы и решили не рисковать.

— А Юля где живет? — блаженно щурясь, Иван Палыч поставил чашечку на поднос.

— В общежитии ВХУТЕМАСа, на Пресне, знаете? Я подвозил иногда, но вгостях никогда не был. Там у них человек десять в комнате… Юля не звала, а я не настаивал. Все равно она скоро ко мне переедет!

Святая наивность!

Искоса глянув на журналиста, доктор покачал головой. Впрочем, ловкая и красивая авантюристка кружила голову и людям, куда хитрее и опытнее. Того же Бурдакова взять…

— Так Настя где сейчас? — Иванов продолжил беседу, больше напоминавшую допрос. — Поймите, Анатолий — Пахом может в любую минут добраться до нее! Не удивлюсь, если он следил за вашим автомобилем… Ничего подозрительного не помните?