Развод с генералом драконов. Хозяйка таверны на краю Севера - Лилия Тимолаева Страница 42

И в его лице впервые за всё их знакомство появилось нечто, чего она у него почти не видела.

Настоящая тревожная сосредоточенность.

— Это откуда? — спросил он.

— Из старых бумаг. Дом Эйрн. Временная передача прав. Запасной склад. Военные нужды. Всё очень скучно и совершенно точно не случайно.

Кассиан поднял голову.

Теперь взгляд его был жёстким, собранным и уже совсем не про бывшую жену. Про опасность.

— Это место нельзя было отдавать, — сказал он.

Слова упали между ними тяжело.

Елена даже не сразу поняла, что у неё внутри вскипело сильнее: страх или ярость.

— Простите? — очень тихо спросила она.

Он, кажется, понял, как прозвучало.

Но поздно.

— Вы выбрали его сами по контракту, — продолжил он, уже холоднее. — Я не сверял старые архивы дома Эйрн перед передачей.

— Нет, генерал. Не перекладывайте. Я выбрала уйти от вас. А вот это место выбрали мне именно вы.

Он молчал.

Она шагнула ближе.

— И теперь, выходит, вы приехали не проверить границу. Не офицера. Не слух. Вы приехали проверить собственную ошибку.

Кассиан смотрел на неё так, будто в этой тесной комнате ему приходилось вести бой, к которому он не готовился.

— Я приехал, потому что один из моих людей пропал, — сказал он. — И потому что слухи о вашей таверне начали звучать слишком громко для обычной развалюхи на тракте.

— Моей таверне, — повторила Елена.

— Да.

И что-то в этом коротком “да” вдруг царапнуло глубже, чем ей хотелось.

Словно он действительно признал.

Словно увидел.

Опасно. Лишнее. Совсем не к месту.

Она отступила на шаг первой.

— Тогда услышите ещё одну громкую вещь, генерал, — сказала она. — Если кто-то решил отобрать мой дом через подложные бумаги, это уже не ваша ошибка. Это моя война.

Его взгляд медленно скользнул по её лицу.

— Вы не понимаете, во что ввязались.

— Знаю. Вы уже говорили что-то подобное, когда я уезжала.

— И был прав.

— А я всё ещё здесь.

Он сделал шаг к ней.

Один.

И расстояние между ними снова стало тем самым — слишком коротким, слишком опасным, слишком полным всего, что нельзя трогать.

— Именно это меня и тревожит, — произнёс Кассиан тихо.

Сердце у Елены ударило не в такт.

Проклятье.

Нет.

Не это.

Не сейчас.

Она подняла подбородок.

— Не путайте тревогу с правом распоряжаться мной.

На миг ей показалось, что он ответит резко. Жёстко. Так, как умеют мужчины, которых ставят на место слишком близко к правде.

Но Кассиан лишь смотрел.

И чем дольше смотрел, тем яснее она понимала: в этой комнате сейчас опаснее не слова, а всё то, что они оба не произносят.

О том, что он всё же приехал лично.

О том, что она всё же стала для него не пустым слухом.

О том, что он слишком внимательно заметил, как она держит дом.

И о том, как сильно ей хочется ударить его чем-нибудь тяжёлым — за всё сразу.

За двор.

За холод.

За позднее зрение.

За эту невозможную, непрошеную напряжённость, которая между ними не умерла даже после развода.

Снаружи ударил ветер в ставню.

Оба вздрогнули почти незаметно.

Кассиан отступил первым.

— Мне нужно увидеть бумаги полностью, — сказал он.

— Нет.

— Аврора.

— Хозяйка, — поправила она. — И нет.

Он выдохнул через нос.

Очень тихо.

Очень опасно.

— Я могу защитить это место.

— А я могу не дать вам снова решить всё за меня.

— Вы думаете, речь о власти?

— Разве когда-нибудь было иначе?