Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир,Натан Раух Страница 5

Тонкая полоска позеленевшего металла, что это?

Да это же обруч! Женское украшение, судя по размеру и ковке – ободок на лоб, на концах закрученный в переплетенные стебли с лепестками. Двенадцатый век, руку даю на отсечение. Находка получше монетки – может, не по деньгам, но по истории точно.

Вот тебе и захолустье. Вот тебе и «поселение в такой глубокой заднице, что даже комары летают с навигатором» – это Макс так сказал, когда я описывал ему место раскопок. Главное, что сейчас в руках у меня находка, от которой у любого нормального историка должны дрожать коленки.

— Саныч! – ору на весь лагерь. – У меня тут сокровище! Век двенадцатый! Тащи протокол!

Саныч прибежал как угорелый, а вместе с ним прибежал и Левый. Взглянув на мое светящееся лицо, тот перевел взгляд на обруч в моих руках. Улыбка медленно сползала с его лица, превращаясь в недовольную ухмылку.

— Ты че так орешь? – Левый явно был не в настроении. – Нашел побрякушку – так нашел. Чего весь лагерь на уши ставить? Заполнишь протокол – кинь его в общую палатку.

Не сказал, а выплюнул эти слова мне в лицо. И, резко повернувшись, быстрым шагом ушел с моего квадрата.

— Не бери в голову, Денис. – Саныч пытался меня подбодрить, видя, как у меня на лице растерянность сменяется гневом. – Он-то сто процентов клад ожидал, судя по твоим воплям, а тут обруч медный.

— Да пошел он, – зло процедил я. – Видимо, реально ему пофиг на значимость артефакта. Главное – загнать его подороже. – Я оборвал фразу, пытаясь успокоиться, чтобы не наговорить еще больше на эмоциях. – Давай оформлять, Саныч.

Мы приступили к описи и, закончив где-то минут через сорок, отнесли обруч в главную палатку и сдали начальнику экспедиции. К этому времени я почти успокоился, но желание посчитать количество зубов у Левого периодически накрывало.

«Что за потребительское отношение такое, – думал я. – Все только деньгами мерить. Вот так и теряют исторические ценности, заменяя их на золотые побрякушки».

Настроение было так себе, поэтому вернулся я к раскопу нехотя. Помахивая лопатой и расширяя квадрат, я не заметил, как за моей спиной кто-то встал. Повернувшись, увидел паренька.

— Ну что, как тебе Левый? – спросил он. – Заценил его любовь к истории и к родному краю?

— А то! Не видишь, что ли, – радуюсь так, что лопата от счастья из рук вылетает, – ответил я сарказмом на сарказм. – Ты чего хотел-то?

— Да просто покурить зашел, потрепаться за чашкой чая. Меня, кстати, Серега зовут.

Я протянул ему руку:

— Денис, будем знакомы. Че ты так взъелся на Левого-то? Мужик, конечно, своеобразный, но ты, походу, не прочь его в соседнем болоте притопить.

На мой вопрос Серега лишь хмыкнул и улыбнулся.

— В прошлом году были мы на раскопках в Псковской области, и на третий день меня сама удача под руку толкнула. Решил я разработать самый край своего участка. Через пару взмахов наткнулся на меч – да не скандинавский, а наш, славянский. Глаз не отвести. Как черт из табакерки вынырнул Левый, из рук, зараза, меч вырвал. «Я, – говорит, – сам опишу, очень уж ценная находка». Только знаешь, в чем прикол? Я ведь потом так этого меча среди основных находок и не увидел. А выводы делай сам.

— Я примерно так и подумал. Он как нахлестанный прибежал, когда я обруч нашел, а как медь увидел – так ощущение, что его в ведро с дерьмом макнули. – Я редко выбирал выражения, предпочитая быть честным по отношению к людям; быть сволочью, но порядочной. – Как теперь дальше работать, если этот козел может любой ценный артефакт прикарманить?