Относительность предопределенности - Валерий Большаков Страница 76

— Как интере-есно… – Лея переглянулась со встревоженной Наталишкой. – Кто эти «твои люди»? Имена? Адреса?

— Да не знаю я! – задергался Беня. – Ими Нимрод занимался! Нимрод Галеви! У него дом в Неве-Цедеке!

— Ла-адно… – «Рожкова» вынула из сумочки кубик ИКП. «Мигнул» ярко-голубой глазок прибора, и Шломо будто проснулся. Завертел головой в ошеломлении, а когда сфокусировал взгляд на девушках, зло шевельнул губами, и стал подниматься.

Лея властно вытянула руку.

— На место! Спать! Забыть!

Беня рухнул в кресло и свесил голову, распуская вялый рот.

— Уходим.

— Ага!

«Лейтёха» и старлей СБС покинули зал, ступая так, будто прохаживались по подиуму. И тишина…

Вторник, 19 февраля. Утро

Тель-Авив, улица Саламе

— С этими девицами, сана́ц, всё как-то… – Давид неопределенно повертел кистью. – Как-то странно. Охранники Бени клянутся, что никаких девчонок в глаза не видели! Официант тоже никого не заметил, а вот метрдотель… Когда он вежливо спросил у Шломо, вернутся ли молодые особы, и добавлять ли столовые приборы, тот закатил истерику! Мол, никого тут не было, и отстаньте вы все от меня! Но это-то ладно. Похоже, сана́ц, визит этих двух вертихвосток был тщательно спланирован – все видеокамеры на стоянке и в самом ресторане оказались выключенными…

— Все? – неприязненно буркнул Глебский.

— Почти, – тонко улыбнулся Шапиро. – Две замаскированные камеры, установленные нами еще в прошлом году, кое-что зафиксировали…

— Ага! – каркнул комиссар.

Давид шустро, не дожидаясь, пока начальство проявит нетерпение, выложил на стол пару ксерокопий.

— Не слишком четкие скриншоты, – поскромничал опер, – но обе незваные гостьи видны хорошо. Сана́ц… – он выдержал крошечную паузу. – Это те самые похитительницы доктора Алон!

Глебский, чувствуя, как затарахтело сердце, стремительно наклонился, с томительной жадностью разглядывая соблазнительные профили. Блондинка… С грудью шестого размера… И брюнетка… Или темная шатенка… Светловолосая роскошна – по сравнению с нею модели с глянцевых обложек выглядят вульгарными шлюшками. А брюнетка или шатенка, хоть и не так сексапильна, но очень изящна. И кожа у нее не фарфорово-белая, а смугловатая, дивного оттенка. Медитеранский типаж.

— Обе поселились в отеле неподалеку, – докладывал Давид, упиваясь жадным интересом комиссара. – После встречи со Шломо устроили шоппинг, погуляли, а с утра воскресенья исчезли. Мы обыскали номер, сняли отпечатки пальцев и взяли образцы ДНК…

— Молодцы… – обессиленно пробормотал Аарон. – А отпечатки…

— …Одни из них совпадают с теми, что оставлены на тюбике! – триумфально завершил доклад оперативник.

Хлопнув дверью, в отдел ворвался Калев.

— Шалом! – выдохнул он, и протянул Глебскому тощую пачку распечаток. – Вот!

— Что это?

— Анализы ДНК, шеф!

Аарон вчитался – и тупо уставился перед собой. Анализы неопровержимо, с убийственной точностью доказывали, что высокая блондинка является дочерью Талии Алон, а брюнетка или шатенка – её близкая родственница, причем, не по матери, а по отцу, и степень родства – двадцать пять процентов! Сёстры?

«У Талии нет дочерей! – ожесточенно, и зло, и растерянно бубнил голос внутри. – Я же сам проверял! Медкарты, личные дела, армейский архив… Даже с гинекологом разговаривал, мать его так. Нет у неё детей! Ни замужем, ни беременностей, ни выкидышей, ни ЭКО. Никого. Пусто!»