Предатель. Он (не)достоин меня - Нина Авсинова Страница 13

Что происходит? Зачем он это сделал?

Быстро закрываю все окна. Достаю телефон, набираю Сашу. Гудки. Долгие, нервирующие. Наконец он берет трубку.

— Да? – голос недовольный, раздраженный.

— Саша, ты что, с ума сошел?! – не сдерживаюсь я. – На дворе не май месяц! Зачем все окна открыл? Что случилось?

— Заезжал домой днём, – отвечает он коротко, сухо. – Показалось, что душно. Открыл окна, проветрить.

— Все окна? – не верю своим ушам. – В декабре? Саша, ты вообще в порядке?

— Да в порядке я! – огрызается он. – Не устраивай из мухи слона!

Молчу, не зная, что сказать. Он никогда раньше так себя не вёл. И никогда не открывал все окна зимой. Что с ним?

— Машу через пять дней выпишут, – говорю тихо, меняя тему.

— Отлично, – бросает он. – Всё, я занят.

И кладёт трубку. Просто так. Без «пока», без «до встречи». Просто обрывает разговор.

Стою посреди кухни, держа телефон в руке, и чувствую, как накатывает обида.

Понимаю, что он не в настроении. Понимаю, что переживает из-за Маши, из-за того, что дочь не хочет его видеть. Но это же не повод так себя вести!

Или я виновата?

Может, действительно из-за переживаний о Маше совсем про него забыла?

Вон какой нервный ходит. Наверное, чувствует свою вину, но не знает, как с этим справиться. А я вместо того, чтобы поддержать, только обвиняю.

Надо как-то больше уделять ему внимания. Хотя бы попытаться наладить контакт.

Смотрю на часы – ещё есть время. Решаю приготовить ужин. Его любимое блюдо – карбонару. Может, это хоть немного поднимет ему настроение.

Достаю продукты из холодильника. Готовлю быстро, на автомате, но с любовью. Вспоминаю, как раньше он всегда радовался этому блюду, как благодарил, целовал меня в щеку.

Когда всё готово, оставляю на столе записку: «Саша, разогрей, когда придёшь. Люблю тебя».

Переодеваюсь, беру сумку и мчусь на работу.

Бассейн встречает меня привычным запахом хлорки и влажности. Здесь мой мир, здесь все понятно и просто. Переодеваюсь в рабочий костюм, выхожу к бассейну. Вечерняя группа школьников уже ждет – человек десять, шумные, энергичные.

— Здравствуйте, ребята! – приветствую я их.

— Здравствуйте, Татьяна Дмитриевна! – отвечают они хором.

Начинается тренировка. Разминка, упражнения в воде, заплывы. Наблюдаю за каждым, поправляю технику, подбадриваю. Здесь я забываю обо всех проблемах. Здесь только вода, дети и работа.

После тренировки иду в свой маленький кабинет – комната три на три, стол, стул, шкаф с документами, на стене диплом и фотографии детей, которых я научила плавать. И одна семейная фотография – мы с Александром и Машей, сделанная три года назад на море.

Сажусь за стол, начинаю заполнять журнал посещаемости. Вдруг стук в дверь.

— Да, заходите, – говорю я, не отрывая взгляда от журнала.

Дверь открывается, и входит женщина лет под сорок. Я ее знаю – мама одного из моих учеников, мальчика лет семи. Настойчивая дамочка, которая постоянно требует, чтобы её ребенок был лучшим во всем.

— Татьяна Дмитриевна, добрый вечер, – говорит она, не дожидаясь приглашения садясь на стул напротив.

— Добрый вечер, – отвечаю я вежливо, откладывая ручку. – Что-то случилось?

— Я хотела поговорить о Денисе, – начинает она, скрестив руки на груди. – Мне кажется, что он недостаточно быстро прогрессирует. Уже почти месяц ходит, а толком не плавает.