Побочный эффект спасения миллиардера - Лилия Хисамова Страница 10

УЛЬЯНА

ГЛАВА 6

КИРИЛЛ АНДЕРИН

— Поздравляю, сын, — отец хлопает меня по плечу с таким энтузиазмом, будто я только что получил Нобелевскую премию, — ты спас крысу!

— Это была мышь, — тут же перебивает его мама.

Я из последних сил пытаюсь рассмотреть их лица, но зрение, вопреки оптимистичным прогнозам врачей, так и не вернулось полностью. Вижу силуэты людей, но они размыты, будто кто-то взял акварель и небрежно провёл кистью по мокрому асфальту.

— Ага, — усмехается отец. — Мы достали твою машину из реки и проверили камеру. По дороге бежал не кто иной, как Микки Маус. И ради него ты утопил свой новый спорткар.

— Давид, прекрати ты уже, — одёргивает его мать. — Мальчик чуть не умер.

— Спасая крысу! — не унимается отец.

— Кирюш! — раздаётся новый голос.

Дина тоже здесь?

Только сейчас замечаю её силуэт в глубине палаты, размытый, но безошибочно узнаваемый.

— Я так за тебя переживала, — произносит Дина с такой искренностью, что не знай я эту избалованную девчонку, действительно поверил бы, что она не находила себе места, думая обо мне.

Месяц назад я отпраздновал своё тридцатилетие и с того дня родители никак не могут отказаться от навязчивой идеи женить меня как можно скорее.

Будто мой возраст — это тикающая бомба, а брак — единственный способ её обезвредить.

Даже избранницу выбрали за меня.

Дина — дочь близкого друга отца, которая последние годы только и делает, что ищет себя.

То в модельном бизнесе, где продюсеры обещают славу и лёгкие деньги, а потом просят немного попозировать обнажённой в жаркой баньке в компании крупных заказчиков.

То на экранах ток-шоу, где Дина с пафосом рассуждает о женской силе, сидя в кресле рядом с очередной скандалисткой.

В прошлом году она вдруг решила заняться йогой и веганством, а через месяц открыла бургерную, которая, разумеется, закрылась из-за убытков.

Со всем уважением, мы с ней очень разные, и я не испытываю к девушке никаких романтических чувств.

Совсем.

Ни искры.

Ни намёка на притяжение.

Но, увы, этого не скажешь о ней.

Дина смотрит на меня так, будто я последний пазл в её картине идеального будущего.

Отец тем временем продолжает:

— Ну что, сынок, теперь, когда ты героически спас грызуна, может, пора подумать о себе?

Слышу, как дверь в палату открывается. Может, доктор пришёл?

— Медсестра, заберите поднос, — говорит Дина, которая не упустит возможности кем-нибудь покомандовать.

— Я прекрасно себя чувствую! — говорю отцу.

— Прекрасно? У тебя вывих сустава. Ладно, хоть зрение не потерял…

— Я в порядке!

— Кирюш, — чувствую, как проседает матрас, когда Дина садится рядом, обнимая меня за плечи, — не злись. Мы все так безумно за тебя испугались.

Морщусь от приторно-сладкого запаха её духов. Аромат такой густой и навязчивый, будто она окунулась в бочку с ванильным сиропом.

Почувствовав движение возле себя, поворачиваю голову и пытаюсь разглядеть лицо медсестры.

Но всё без толку: мир по-прежнему напоминает акварельный набросок, небрежно смазанный чьей-то рукой.

Вижу только длинные светлые волосы, струящиеся по плечам, и белый халат, который будто светится в полумраке палаты, как маяк в туманную ночь.

— В любом случае, тебе будет лучше в частной больнице, — заявляет отец.

Сжимаю челюсти до скрежета зубов:

— Я должен найти девушку, которая спасла меня. Потом можем ехать домой. Не надо никаких больниц!