Все не то, чем кажется - Алена Филипенко Страница 114

— И бассейн?

Он на секунду теряется, потом, будто что-то вспомнив, ухмыляется:

— И бассейн.

— А что? Прекрасная идея! – веселюсь я. – Я хочу бассейн и сангрию.

Он тяжело вздыхает.

Увидев, что́ Марк для меня подготовил, я истерически хохочу.

И вот я лежу в детском игровом бассейне с надувными пальмами и горкой. Он остался у Марка от племянников. Облокотившись о горку, я нежусь в воде и потягиваю ледяную сангрию из большого бокала. Марк хмуро сидит на веранде и следит за мной. Вдруг я все-таки решу сбежать?

— Мне теперь больше нравится моя участь пленницы! – весело кричу я и болтаю в воде ногами. – Присоединяйся!

Марк мотает головой.

— Нет так нет. Мне одной больше места!

И вдруг на меня обрушивается сильнейшее дежавю.

Я отчетливо помню, что уже была здесь, на этом месте. С точно таким же бокалом сангрии. И рядом был Марк. Растерянно смотрю по сторонам. Взгляд останавливается на надувных пальмах на бортиках. И снова – внезапная вспышка в голове.

Видение или образ. Мы надуваем этот бассейн, наполняем его, а затем я толкаю туда Марка, и он неуклюже падает в воду. Выбравшись, он бегает за мной и поливает из шланга. Я смеюсь и визжу.

Перевожу взгляд на ирисы. И снова вспышка.

Мы с Марком сажаем их. Подметаем листья. Чистим снег. Жжем костер.

Голова просто взрывается от всех этих видений. Это уже не страх, а паника. Я не могу контролировать то, что со мной происходит. Это похоже на порванную дамбу, из которой во все стороны хлынула вода. Только эта дамба – в моей голове, и вместо воды – воспоминания.

— Что с тобой? – Ко мне уже спешит Марк.

Я не заметила, как поднялась на ноги, а руками обхватила голову, пытаясь сдержать поток чужих воспоминаний.

— Марк, мне страшно, – жалобно говорю я. – Я ничего не понимаю. Голова трещит. Я вижу сцены. Того, чего никак не могло быть. Что со мной происходит?

Он берет полотенце, забирается в бассейн, укутывает меня, крепко прижимает к себе. В его объятиях мне становится спокойнее.

— Все хорошо, моя девочка. Так и должно быть.

— Подо мной будто трещит лед. Я боюсь провалиться под него.

— Лед не под тобой, а над тобой. Не сопротивляйся, расслабься. Скоро этот лед треснет, и ты выберешься на поверхность.

Я тихо скулю. Марк крепче обнимает меня, баюкает как маленькую. Целует в макушку.

— Мне больно и страшно…

— Очень скоро это пройдет, обещаю. Все, что мы разрушили, восстанавливается.

— Что восстанавливается?

— Твоя память.

Я хочу это обдумать, но не успеваю: приходят новые видения.

— Что?

— Ты потихоньку все вспоминаешь. Мы дождались этого. Самое тяжелое позади.

Он обхватывает мою голову руками, покрывает поцелуями мое лицо. Впервые замечаю, насколько у него усталый вид.

— Возвращайся ко мне, Еся, – ласково говорит он. По щекам у него текут слезы. – Я так сильно по тебе скучал.

Глава 18

Марк

Мне было восемнадцать, когда по моей вине погибли мама и папа. Мы возвращались на машине домой из торгового центра. Я недавно получил права, был счастлив и горд. Ждал любого повода сесть за руль, с удовольствием возил родителей туда-сюда.

Шел дождь, я ехал слишком быстро и, не вписавшись в поворот, вылетел на встречку и влетел в грузовик. Инстинктивно я вырулил так, чтобы он не задел меня, и подставил под удар другую сторону. Именно там сидели родители.