Бывшие. Любовь, удар, нокаут - Ария Тес Страница 140

— Страшно?

— Да. Прости меня, я испугался. А сейчас сглупил. Нет ничего важнее тебя. Нет ничего важнее слова, которое я тебе дал. Прости, что разобрался не сразу…

— Мы… поедем на море?

— Да.

На ее губках появляется улыбка.

— Правда?

— Да.

— Мама сказала, что у тебя важная работа…

— Плевать на работу. На все плевать — мы едем на море.

Мгновение она молчит, а потом это происходит… раздается пронзительный визг, смех, и дочка летит ко мне в руки. Она крепко обнимает за шею, дышит, ее сердце часто бьется…

Я прикрываю глаза.

Она — реальна. Моя. Любовь всей моей жизни. Кто-то, ради кого я весь свой мир на ноль помножу, если нужно будет…

Встаю, прижимаю к груди своего ребенка и шепчу хрипло:

— Называй меня папой, пожалуйста.

Какой мне бой, господи? Я в нокауте. У меня сердце на износ, я весь в мурашках, а нутро все в сдвигах. Что-то необратимо меняется. Я делаю шаг — тот самый шаг, после которого уже ничего иначе не будет, но мне нестрашно.

Больше нет.

Потому что Алиса существует. Маленькая, тепленькая, живая… моя. И моя жизнь уже другой никогда не будет, ведь все это правда! Я весь свой мир готов отдать ради ее улыбки.

Все еще не понимаю этих чувств, но они — самое реальное, определяющее, составляющее меня всего! В моей жизни…

Дочка отгибается, заглядывает мне в глаза. Несмело улыбается, а в глазах чертята:

— Я тебя уже так называю. Про себя.

— А вслух?

— Ну… — она поднимает глазки к небу, — Посмотрим сначала на твое море, там поглядим.

Моя…

С губ срывается еще один смешок, я тянусь и обнимаю ее крепко. Сам открываю глаза и смотрю на Маню — тоже моя. Вся моя душа на нее отзывается. Сердце ей в такт стучит.

Я подхожу ближе и шепчу хрипло:

— Прости, что долго соображал.

Ее лицо все мокрое от слез, но глаза… счастливые. Я не знаю, о чем она думала до этого момента, да и неважно это теперь. Теперь я чувствую, что сделал все правильно — вот что важно.

— Ты уверен? — тихо шепчет она.

Улыбаюсь.

— Никогда еще не был так уверен.

— Это твоя карьера, Тимур.

— И она никуда не убежит, но вы важнее. Без вас все эти софиты — темень, хоть глаз выколи. Я больше не хочу бродить в темноте. Вы важнее, и раз я обещал там, где важнее, то и обещание сначала, а потом все остальное. Прости, что раньше этого не понимал — теперь понял.

Маня прикусывает губу. Наружу рвутся слезы, я это знаю — и радость? Да, я это чувствую.

Она счастлива.

Ничего не говоря, Маня подходит ко мне, обнимает, а я ее второй рукой накрываю и глаза закрываю. Вот теперь все. Вот теперь я целый, и прошлого, которое когда-то так много значило — ничего не значит теперь.

Страх пропал.

Я смогу стать хорошим мужем и хорошим отцом, потому что знаю, что важнее всего: они. Моя семья на первом месте…

— Ой, не могу… — шепчет Марь Иванна, — Похоже, я ошибалась в тебе… Тимур.

Из груди вырывается смех. Маша тоже смеется, и мы оборачиваемся на бабушку, которая стоит и плачет, прижимая руки к губам.

— Вы впервые назвали меня по имени, Марь Иванна.

— Ой, замолчи…

Она отмахивается и идет к нам.

Там, откуда меня раньше гнали, меня обнимают — и я ощущаю, что это точно самое правильное мое решение. Нокаут… я до этого получал нокауты. Да, такое было, но каждый раз, когда он отпускал, появлялись силы и понимание. Так сказать, работа над ошибками — и теперь то же самое.

Я получил нокаут от жизни, с которым долго боролся, а когда принял, и он меня наконец-то отпустил, все встало на свои места. Нет ничего важнее людей, которым ты важен. Они тебя наполняют. Они ведут. Они греют, и ради них ты весь мир перевернешь и сделаешь все на свете, чтобы они улыбались — а от этого счастливее только будешь!

Потому что я счастлив. Абсолютно полностью счастлив…